И что будет, если его признают виновным? Не окажется ли так, что несмотря на этот брак, он всё-таки лишится титула, а то и всего своего имущества? И если вдруг это случится, то как он сможет заплатить мне пять тысяч золотых монет?
Я понимала, что думать так с моей стороны было очень эгоистично. Меня волновали лишь собственные интересы, а ведь у самого Клермона на кону стояло гораздо больше. Но мне совсем не было за это стыдно, и я собиралась серьезно поговорить об этом с его светлостью — он должен позаботиться о моих пяти тысячах прямо сейчас.
Наверно, он может написать несколько строк Мэнсфилду, чтобы тот припрятал эти монеты где-нибудь до того времени, как брак будет расторгнут.
Увлекшись своими мыслями, я не заметила, как мы подошли к высокому крыльцу, которое вело к кованым дверям."
"— Это замковая церковь, — сообщил мне граф Бланшар. — Священник уже прибыл, так что ничто не мешает начать церемонию прямо сейчас.
Я проделала такой путь от деревушки Шатель до Эрдена именно для того, чтобы выйти замуж за герцога Клермона, но теперь, переступая порог церкви, я впервые почувствовала сильное волнение.
И пусть я знала, что на самом деле этот брак будет не настоящим, сама необходимость церковной церемонии уже делала это событие достаточно серьезным.
А ведь я даже не удосужилась узнать, как в Арвитании расторгаются браки! Здесь нет ни ЗАГСов, ни сайта Госуслуг, куда можно было бы подать заявление. Но спрашивать об этом теперь было глупо. Полагаю, его сиятельство был бы сильно изумлен, вздумай я задать ему такой вопрос.
Мы вошли внутрь, и я увидела стоявшего перед алтарем герцога Клермона, к которому граф подвел меня, судя по всему, выполняя роль моего отца.
— Вы восхитительно выглядите, дорогая Лорейн! — проворковал его светлость и адресовал мне широкую улыбку.
От неожиданности я едва не вздрогнула, но вовремя сообразила, что он всего лишь прекрасно играет роль любящего жениха. И даже постаралась ответить ему такой же широкой улыбкой.
Священник — достаточно молодой человек в светлом облачении — начал церемонию.
Я мало что понимала из происходящего, просто послушно выполняла то, что мне говорили. Я ответила «да» в надлежащий момент, согласившись с тем, с чем соглашаются все невесты.
Мы обменялись кольцами, и после дозволения священника герцог запечатлел поцелуй на моих губах. Я вовсе не была такой трепетной ланью, какой наверняка была настоящая Лорейн Ревиаль, но в этот момент даже я почувствовала дрожь во всём теле.
