Наверное, для каждой матери ее ребенок самый лучший…
— Спи, мой сладкий, сердце мое…
Никак уйти не могу. Целую покатый лобик и глажу волосики. Стою у колыбельки, хотя надо бы лечь в кровать и попытаться уснуть.
Но тоска по Аслану не отпускает.
Он стал для меня не просто мужем, а частью души, наверное, мы вдали друг от друга не живем, скучаем страшно, но Шах правит своей империей железной рукой и приходится уезжать, оставлять нас и решать вопросы бизнеса.
Провожу по темным волосикам моего сынишки, поправляю одеяльце, Аслан уехал по делам, а я осталась с малышом, всего несколько дней, а я тоскую так сильно…
Вздрагиваю, когда сильные руки обнимают меня за плечи, притягивают к твердой покатой груди сильного мужчины.
Замираю в его руках и прикрываю глаза, вдыхаю родной аромат.
Аслан передвигается с грацией настоящего хищника, мой белоснежный лев из снов все-таки настиг меня, покорил, а сон оказался пророческим, не стоило убегать от хищника, он должен был настигнуть не для того, чтобы напасть, а чтобы стать самым настоящим защитником.
Таков Аслан. Дикий. Порывистый и надежный. Человек, который всецело владеет моим сердцем.
Крепкие ладони скользят по моему телу, опускаются на живот, ложатся ниже, и я закрываю глаза, откидываюсь на крепкое плечо, поддаюсь его ласке.
С губ срывается рваный вздох, а затем слышу жаркий шепот в самое ухо:
— Скучала?
— Дико…
Уверенный хриплый выдох в макушку и ответ:
— Не больше моего, Журавлик…
Разворачивает меня к себе, сталкиваюсь с ним взглядом.
Волосы, мокрые от дождя, прилипли ко лбу, глаза горят огнем желания. Безумно красивый. Дикий. Такой же, как в нашу первую встречу.
— Не живу вдали от тебя… — выдыхает мои же слова, которые я проговорила себе чуть ранее, накрывает мой рот, жадно, дико, заставляет оседлать свои бедра и врывается в мое тело. Без подготовки, быстро, остро, гася свою тоску единением тел в жесткой и безумной скачке, вынуждая меня кусать губы, чтобы не потревожить сон нашего подросшего крохи.
— Вот теперь по-настоящему привет, — выговаривает, улыбаясь мне в губы, прислоняя лоб к моему, а я под пальцами чувствую, как успокаивается сильное сердце моего мужа.
Сползаю с него и бегу в ванную, когда выхожу, обмотанная полотенцем, из душа, сердце пропускает удар, потому что вижу, как Шах успокаивает нашего малыша. Анвар выглядит совсем крохотным в массивных объятиях отца, но этот кадр вызывает в душе невероятный трепет.
Мягкий взгляд, улыбка Шаха.
