Аслан смотрит на меня, у него глаза сверкать начинают алчным блеском, а с губ срываются хриплые, рубленые фразы на чужом языке.
Эти рычащие нотки будоражат, заставляют сжиматься все тело в преддверии какого-то ошалелого, сладкого дурмана, который накатывает на меня, когда Шах опускает голову и я ощущаю поцелуй-укус.
Вскрикиваю. Хватаюсь за мокрые потяжелевшие пряди на его затылке, пока он, не сбавляя оборот, ласкает нежную плоть, его пальцы впиваются в мою кожу, оставляют безудержные следы его желания.
Не могу себя контролировать, царапаю его спину, шиплю дикой кошкой, пока он целуем проскальзывает к шее, слегка прикусывает, дует, слизывает капли с моего подбородка и заглядывает в мои глаза.
— Какая же ты красивая, вкусная, сочная… — опять глухое рычащее слово, которое я не понимаю, и снова переход на мой язык, только уже акцент слышен, словно ему говорить сложно, — никого так не хотел. Никогда…
Мощное тело под моими пальцами двигается, не нарушая контакта глаза в глаза, Шах скользит рукой к моим трусикам, тянет под водой и ударяет болезненно, вскрикиваю.
Ловит мой возглас губами и слегка улыбается.
Порочно. Дико. Он играет со мной. Сам балансирует на грани, но все же растягивает удовольствие подобно хищной рыбине, которая почувствовала капельку крови жертвы в воде.
Крупная рука накрывает мой затылок, притягивает к себе, опять чувствую его губы на своих, его язык переплетается с моим, а пальцы проникают под последнюю крупицу ткани, которая защищает меня от варвара.
Опять оттягивает мои волосы, смотрит, а я наблюдаю, как глаза у него полыхают. Понимаю, что Аслан сейчас делает. Чувствую его крепкие пальцы под водой. Он хочет видеть меня. Видеть в тот момент, когда наши тела становятся одним целым.
Один рывок. Медленный. Тягучий и мои глаза закрываются, откидываю голову, прикусываю губу.
Я и забыла, какое у него тело, какая мощь…
Жду боли, но ее нет, его пальцы проходятся по моей коже, ласкают, расслабляют…
Останавливается на мгновение, только продышаться не дает.
Опять целует безудержно, неистово.
Открываю глаза, когда чуть отпускает мои волосы, смотрю на своего демона, как откидывает голову, как напрягаются жилы на могучей шее, прикрывает веки, а я рассматриваю красивое лицо и длинные ресницы, которые отбрасывают тени на скулы.
В лучах солнца, в бликах от воды Шах напоминает демона, который вырвался из заточения и наслаждается свободой, жертвой, которую он раздирает на части.
