Она улавливала отголоски этого взгляда и раньше, но теперь он был словно в тысячу раз ярче, более говорящим и выразительным… Наглец даже не изменился в лице. Его движения стали резче, грубее, девушке, видимо, стало больнее, потому что она начала стонать и извиваться еще сильнее… А парень даже не смутился от появления нежданной гости, напротив, теперь смотрел на нее неотрывно, словно пригвоздив своим свирепым, пугающим взглядом.
Не в силах больше терпеть это зрелище, Амаль резко захлопнула дверь и понеслась наверх. На следующий день она не поехала с ребятами на картинги. Уже днем попросилась уехать на Побережье из Дамаска, поплавать с подружками на море. Фахда и Анвара в тот их приезд она больше не видела.
В следующий раз, спустя пару месяцев, в Рождеству, Анвар прилетел один.
Амаль не без облегчения вздохнула, что с ним не было этого пугающего дружка- садиста, воспоминания о гадких действиях которого она так рьяно хотела выкинуть, но никак не получалось. Потом она узнала, что он уехал на учебу в Англию… А когда они встретились в следующий раз, повзрослевшая Амаль начала догадываться, что же на самом деле происходило в тот день в той комнате между ним и девушкой…
***
Жуткое волнение… Такое, что внутри все переворачивается, что дыхание спирает и аж тошнит… Может быть, это все не для нее? Смотрит на других моделей вокруг- все спокойны, болтают непринужденно, веселятся… Словно им через сороки минут не выходить на сцену…
–Малышка, хватит пить воду, а то платье не сойдется на талии… Да и в туалет ты уже не сходишь, как только на тебя напялят все эти пятьдесят килограмм страз и шелка,– обратился к ней визажист Энрике в свойственной ему женоподобной манере…
Амаль молча смущенно кивнула и отложила открытую бутылку воды.
Все вокруг ее немного смущали… Она была не из этого мира, и теперь вот невольно чувствовала себя белой вороной."
"– Хильва (араб.
