Что бы ни сказал, что бы ни сделал, понимает превратно, и так уверена в том, что видит меня насквозь… Черт!
Лежит вся такая невинная и беззащитная, с россыпью этих белых волос, что даже связные мысли вылетают из головы. Ну как можно быть такой?
Подхожу и передвигаю ее, чтобы всё тело лежало на поверхности дивана, и подкладываю под голову подушку. Убираю волосы в сторону, дивясь их мягкости. Если бы не знал ее с тринадцати лет, думал бы, что они крашеные.
– Мое личное проклятие… – усмехаюсь, накручивая на палец прядь.
Ника хмурится во сне, дуя свои сладкие губки, а я, даже не собираясь сдерживать желание, легко касаюсь их своими.
По телу тут же пробегает знакомый ток, и я возвращаюсь в кресло от греха подальше. Пусть поспит, пока едет наш заказ. Возможно, часовой сон и любимая еда поднимут ей настроение, и она перестанет вести себя как пугливая лань, загнанная в ловушку.
Совсем другого я хотел, когда не выдержал и поддался тяге к этой губастой девчонке, которая с тринадцати лет поймала в капкан. Вовсе не того, чтобы она считала меня одержимым сталкером, что покупает ее за бабло, делая своей шлюхой.
Но по факту так и вышло. Именно так она всё и видит.
Она даже за нормального человека меня не считает. Прилепила клеймо наглого мажора и живет с этим, испытывая ко мне отвращение. Я же вижу, не слепой.
Ненавижу, когда что-то идет не по плану, не так, как я рассчитывал. Я бы помог ей просто так, спас ее брата, давал бы ей деньги, но она перевела всё в товарно-денежные отношения, предложив… себя. Этому искушению было невозможно не поддаться.
Ведь я перебрал столько девок, чтобы понять, что по-настоящему хочу одну ее. Было в ней нечто особенное, из-за чего я обратил на нее внимание. Какой-то секрет, который хотелось отгадать. Она слишком колючая, чтобы нравилось с ней общаться, и никакого удовольствия я испытывать, по сути, не должен, но, черт возьми, каждая минута в ее обществе не пустая. Наполненная смыслом.
И смысл был не в том, чтобы ее купить, сломать и лишить права голоса.
Но именно так она и считает.
Хрен с ним. Можно было бы переубедить ее, но я и сам себе не могу объяснить свои чувства, так как я объясню их ей?
Сегодня я возьму то, что купил. В любом случае наши отношения временные. Я не пойду против своей семьи и сделаю всё по правилам. Продолжу семейное дело. Женюсь на девушке нашего народа. Будем считать, что Губастая – это исключение из правил. То, что я выбрал сам. Маленькая поблажка перед вступлением во взрослую и ответственную жизнь.
