Что за игру он ведет, черт побери? Думает, я буду ласковее в постели, если он помимо денег окажет мне показное сочувствие?
– Ты выглядишь измученной, свалишься спать, судя по виду, – отмечает, заводя мотор. – Поспи, пока мы едем.
– Спасибо за заботу, – язвлю, не собираясь идти на поводу.
Вот еще. Буду я еще делать то, что он говорит. Хватает и того, что я в его полном подчинении.
Просто отворачиваюсь в сторону от него и бездумно гляжу в окно.
Окна домов, мимо которых мы проносимся, мелькают перед глазами и начинают расплываться…
– Ника, – зовет меня кто-то, а потом этот кто-то берет меня на руки.
– Халид? – спросонья не могу понять, что происходит, но машинально обнимаю его за шею, чтобы удержаться.
– А ты кого-то другого ожидала увидеть? – стальной голос нервирует.
– Почему у тебя вечно такое плохое настроение? – задаю вопрос не подумав. Меня просто бесит его поведение и таинственность. – Это что? От воздержания?
Халид останавливается на месте и смотрит на меня испепеляющим взглядом.
– Считаешь, что я только про это и думаю? Всё мое настроение крутится вокруг секса?
– А разве нет? – приподнимаю брови, видя, как он хмурит свои.
«В чем проблема, парень? Ты не показал ничего иного, что за детские обидки?» – думаю я, по мере того как мы подходим к элитной высотке, при виде которой вся моя бравада слетает с меня в один миг.
Сегодня это случится. Он привез меня к себе домой для оплаты долга.
Напрягаюсь так, что Халид замечает это и спускает мои ноги на землю.
– У тебя есть все шансы повысить мое настроение сегодня ночью. Давай топай, Губастая, и сама тоже давай повеселее. Я не каждую домой приглашаю.
– Спасибо за честь, господин, – не могу сдержать язвительный комментарий, тут же прикусываю язык и встречаю жесткий взгляд.
Вот опять ему что-то не так! Судя по всему, ему трудно будет угодить в постели. Ведь я ничего не умею. Совершенный профан, неискушенная девственница, знающая про интимную сторону жизни только в теории.
Поднимаемся на шикарном лифте с зеркалами. Играет музыка, всё по высшему разряду. Не для простых смертных. На этаже всего две квартиры, расположенные в разных концах коридора. Нас встречает бронированная дверь, которую Халид открывает ключом, пропуская меня вперед.
Его квартира – это точное отражение его самого. Черные и серые тона. Металл. Хром. Холодная, бесчувственная и безликая. А еще стерильная. Как будто здесь никто не живет.
