Телефон в милиции ответил сразу, но дежурный не знал, где Гохман, всякие заявления по звонку принимать отказался, мол, приходите, подавайте в письменном виде, а с начальником отделения связать не захотел. И вообще страдал дефектом речи, и Стас из всего сказанного понял лишь половину. К домашнему телефону участкового подошла жена и сказала, что Фридрих собирался ехать с уголовным розыском и Кошкиным на Карагач, но сообщили, что к обеду должен приехать профессор Дворецкий из Ленинграда, поэтому сейчас где-то на берегу, готовит лодку большей грузоподъемности.
– Передайте, ко мне на остров пожаловали гости от Сорокина, – наказал Рассохин. – Трое вооруженных мужчин и женщина. Если что, ищите в женской зоне на Гнилой Прорве.
Подробнее объяснять не хватало времени, лодка уже стукалась о деревянный берег. Потом он набрал номер Бурнашева, который в это время ехал по родной земле блаженной – по Нижегородской области.
– Кажется, сейчас и я попаду в плен, – успел сказать он. – Запоминай: община на Гнилой Прорве.
Сорок женщин и дюжина мужиков. Галицын среди них. Сами не суйтесь…
Кирилл, похоже, сразу не врубился в ситуацию, стал сыпать бестолковыми вопросами, но Рассохин сбросил звонок, стал набирать телефон Лизы – и не успел…
Пираты с карабинами уже поднимались на остров, за их спинами поблескивала змеиная кожа Матерой. Рассохин спрятал телефон в бейсболку, засунул между лесин, присыпал песком и пошел навстречу.
Оружия не наставляли, но держали в руках, и было заметно – свита у Матерой и впрямь из отроков бывалых и ловких.
– Чем обязан? – сухо спросил Стас.
Хозяйка Карагача выступила из-за спин, подбоченилась, слегка изогнувшись, и стало понятно, отчего скуповатый, расчетливый полковник потерял голову. Как и у всех красавиц, возраст растворялся в привлекательности: чуть раскосые по-восточному, однако голубые глаза, волнистые пепельные волосы наотлет, манящая улыбка в уголках губ, и еще что-то незримое, что так притягивает мужские взгляды. К тому же она знала себе цену и умела производить впечатление, не произнеся еще ни слова – вероятно, в этом и заключалось ее чародейство…
– У нас потерялась женщина, – проронила она обволакивающим, гипнотическим голосом.
– По имени Зарница, лет сорока."
"По-русски говорила с легким, даже приятным акцентом.
– Странное совпадение, – проговорил Стас. – А у нас мужчина, и тоже потерялся. Что бы это значило?
– Она здесь! – доложил один из свиты и достал оброненный за лесину накомарник.
