Подхватив ребенка и усадив его на колени, Гризелла вздохнула:
– Я просто хотела, чтобы она замолчала.
– Что она и сделала. Слушать ее было больно, но я не удивилась, узнав, что она желает видеть меня, а не Сорчу похороненной в Данкрейге. Как бы то ни было, я должна преодолеть свою боль и побеспокоиться о Джеймсе. – Она шагнула к кровати и взъерошила волосики ребенка. – Я сумею воспитать и защитить его.
– А что мужчина, за которого ты собираешься замуж? Он захочет взять ребенка в придачу к жене?
– Я не знаю, как Эрик относится к вынужденной женитьбе, но не сомневаюсь, что он, не колеблясь, примет заботу о малыше.
Он полюбил Джеймса, – сказала девушка, стараясь не ревновать. – Да, у нас будет семья. Молю Бога, чтобы у меня хватило силы и разума сделать ее крепкой и любящей.
Когда Боуэн возник на пороге комнаты в башне, Эрик уже заканчивал трапезу. Он откинулся в кресле, потягивая вино и наблюдая, как Боуэн запирает за собой дверь. Вглядевшись в его каменное лицо, Эрик понял, что тот пришел не для того, чтобы проверить, насколько ему удобно в заточении.
Однако он ожидал его. Боуэн был для Бетии больше семьей, чем кто бы то ни было из жестокосердых обитателей Данби.
– Ты хочешь девушку? – резко спросил Боуэн, его карие глаза сузились, изучая Эрика.
– Я думал, это очевидно, – промолвил тот.
– Я имел в виду – хочешь ли ты ее в жены, тупица.
– Я женюсь на ней завтра.
Боуэн скривился и провел рукой по волосам.
– Да, это мысль.
– Ты хочешь предложить мне другой выход?
– Я забочусь об этой малышке с тех пор, как она пешком под стол ходила.
Ты видел ее родителей. Холодные ублюдки, которые не замечали никого, кроме своей милой Сорчи. Маленькая Бетия была для них только досадной помехой. Обожаемая Сорча относилась к ней не лучше. Уоллес, Питер и я все обсудили между собой. Мы не хотим, чтобы Бетия досталась мужчине, который, едва остынет жар в его чреслах, тоже начнет пренебрегать ею. Здесь девушка, по крайней мере, уже прошла через это и нашла свое место.
Эрик слабо улыбнулся:
– Итак, ты хочешь отпустить меня восвояси, потому что сомневаешься, что я способен позаботиться о Бетии должным образом.
– Да.
– Я женюсь на Бетии. Она – моя. Я хочу доказать ей, что она нужна мне, но сперва мы должны предстать перед алтарем.
– Ты любишь ее?
– Я не уверен в своих чувствах. Пока мы спасались от мерзавцев, желавших убить ее и младенца, у меня не было времени разбираться в этом. Все, что я знаю твердо, – это то, что она моя.
