Я давно не чувствовал себя таким идиотом."
"Ворону ехать пора. Он меня оставляет, а все думаю, кто же мог так меня подставить?
К вечеру решаю прогуляться. С неба срывается снег, под ногами поскрипывает ледяная корка, небольшой мороз щиплет открытые участки кожи, а с дороги разносится тихое шуршание шин ползущих по скользкому полотну автомобилей. Покупаю себе крепкий кофе для очистки мозгов. Да и спать сейчас некогда. Быстро закрыть этот вопрос — дело принципа.
Обжигаю губы, отхлебнув из бумажного стаканчика.
Матерюсь и перехожу на другую сторону улицы. Медленно иду мимо украшенных витрин магазинов, сворачиваю в подворотню и пересекаю двор, оказываясь прямиком возле бара. Из его окон на улицу льется теплый желтый свет. Черные рамы и дверь в стиле лофт с заснеженными завитками из металла предают этому место какой-то притягательности. Зачерствевшая за всю жизнь душа немного оттаивает и губы трогает подобие улыбки. Тут у меня знакомый трудится вечерами. Иногда я прихожу, чтобы послушать его истории, но об этом лучше никому и никогда не говорить.
Седовласый бармен в клетчатой рубашке улыбается мне, приподняв классическую ковбойскую шляпу. Он много путешествовал по миру, пока не осел здесь.
Присаживаюсь у стойки, меняю остывший кофе на горячий и задаю ему вопрос:
— Что ты думаешь о…
Не договариваю. Меня сбивает знакомый женский голос. Я даже трясу головой, решив, что мне померещилось. Галлюцинаций с похмелья быть не может. Разворачиваюсь на высоком стуле и вижу ее, мою Елену Прекрасную.
Она сидит у окна с кружкой светлого пенного, задумчиво смотрит на улицу и оговорит с кем-то по телефону. Как всегда, очень строгая. Все портит пивная пенка на верхней губе. Мне становится смешно.
— И часто она тут бывает? — интересуюсь у бармена.
— Заходит иногда, — пожимает плечами он. — Следователь из местного управления. Никогда не улыбается.
— Это я уже понял, — отпиваю кофе из кружки. — Сделай мне своего домашнего вина бокальчик. Так уж и быть, угощу даму.
Старик приносит мне вино из подсобки. Насыщенный аромат вишни, чуть горьковатый и одновременно сладкий бьет в ноздри. Как раз для Леночки. Женщина с характером должна пить такое же вино.
Шагаю в ее сторону, но прямо передо мной вырисовывается странный, пьяненький тип. Он решает подкатить к моему следователю.
Три секунды!
Мужик с заломанной за спину рукой лежит лицом на столе и жалобно стонет, а Лена поднимает взгляд и сканирует пространство вокруг.
