Варвара Даниловна вздохнула с чувством облегчения, когда я переступил порог.
– Ты уж извини! – бросила она вслед мне.
И дверь закрыла за мной тихо, с сожалением."
"Я спустился на второй этаж, одну за другой осмотрел все двери. Вроде бы ничего необычного. Но ковриков под ними нет, а чисто. Видно, в подъезде кто-то регулярно убирался. Возможно, труд технички оплачивал клуб «Эдельвейс», но искать подтверждения этому я не собирался, да и ни к чему.
А искал я фрагменты штукатурки, которая обычно сыплется с дверного проема, особенно если дом старый.
Но, видно, дверьми действительно никто не пользовался, поэтому на пол ничего не просыпалось. Или пользовались ими, но до того, как здесь побывала уборщица. Если пользовались, то, скорее всего, какой-то одной.
Я приложил руку под одну щель. Если за ней пустота, то должен был быть хоть какой-то приток воздуха. Но я не ощутил даже легкого дуновения. Значит, за ней находилась непроницаемая стена. Едва уловимое движение воздуха я уловил под третьей по счету дверью.
Видимо, за ней и находилась пустота, заполненная обитателями клуба.
Возможно, от этой двери тянется коридор, вдоль которого расположены комнаты, где живут и принимают клиентов клубные танцовщицы. И где их время от времени убивают…
Как всякий умудренный опытом опер, я имел при себе не одну, а целых три отмычки из сверхпрочной авиационной стали. Таким комплектом домушник по кличке Сырок мог открыть практически любую дверь. Он-то и научил меня, как это делается. Не скажу, что я в совершенстве освоил это преступное ремесло, но многие замки действительно сдавались мне на милость.
И уж точно я смог бы справиться с этой дверью, в которой имелся всего один и довольно-таки примитивный на вид замок.
Слабым этот замок оказался не только на вид, но и на поверку. Но беда в том, что дверь, видимо, была закрыта еще и на внутреннюю задвижку. Тогда я спрятал отмычки в потайной карман куртки и просто-напросто позвонил в дверь. Вернее, нажал на кнопку, но не уловил ни малейшего звука.
Или звонок не работал, или сигнал от него тонул в толстом слое дверного звукоизолята.
Стучать в дверь я не стал. Можно, конечно, было прикинуться жильцом дома, который спьяну перепутал второй этаж с третьим или даже четвертым. Но где гарантия, что дверь мне не откроет тот самый детина, которого я сегодня так удачно уронил на пол. Тогда мне придется спасаться бегством, но с моей ногой это невозможно. Или убить его, чтобы защититься, а этого я не хотел.
