«Девятка», на которой подъехал я, ему явно не понравилась, и он направился к ней. Парень за рулем занервничал, но я вовремя вышел из машины, и он смог уехать.
Краснощекий, с брюхом старший лейтенант проводил «девятку» пренебрежительным взглядом, в том же духе ощупал меня глазами и махнул жезлом в сторону аллеи. Дескать, проваливай, не место тебе в калашном ряду.
Разумеется, слушать я его не стал и направился к парадному входу, перед которым переминались с ноги на ногу два дюжих парня в строгих костюмах и с рациями в руках.
– Ну, ты что, непонятливый?
Гаишник расторопно опередил меня, преградил путь.
– Зато ты понятливый, – сказал я, предъявив ему служебное удостоверение.
– Ну и дальше что? – спросил он смягченным тоном, но все так же снисходительно.
Хорошо, что хоть с дороги сошел.
– Дело у меня, – кивком показал я на громил.
– Поверь, твои корочки там не работают.
– Посмотрим.
Мой, мягко говоря, малопрезентабельный вид подействовал на охранников, как красный флаг на гестаповцев. Они дружно и молча сомкнулись в стенку передо мной.
– Мне назначено, – сказал я, козырнув удостоверением. – Капитан Петрович, уголовный розыск.
Мое звание ничуть не впечатлило стражей, но служба, которую я представлял, заставила их расступиться. Но еще рано было праздновать победу.
Я смог пройти под пышным каскадом иллюминационных огней над входом в заведение. Дальше был просторный, в мягком красном свете холл с кожаным диваном по правую руку и креслами – по левую. А по центру, перед рамкой металлодетектора, возвышался грозного вида детина с массивным и дубовой крепости лицом.
Он смотрел на меня с бездушием рентгеновского аппарата, с механической ревностью выискивающего патологии в человеческом организме. Впрочем, глядя на него, я тут же понял, что забраковал он меня сразу и без права на пересортировку. В какой-то миг мне даже показалось, будто в его глазах вспыхнул красный сигнал. «Дресс-код не сдан, фейс-контроль не пройден!» Потому и не сдвинулся он с места, чтобы пропустить меня дальше, за перегородку из прозрачного пластика, за которой, собственно, и начиналась клубная жизнь.
– Уголовный розыск! Капитан Петрович! – угрожающе надвинулся на него я.
Никакой реакции. Детина даже не шелохнулся.
– Тебе что, проблемы нужны?
Парень едва заметно изогнул губы в презрительной насмешке. Дескать, не в моих это силах доставить ему серьезные проблемы.
– Я расследую убийство Татьяны Зуйко! – выдвинул я последний и очень убедительный, как мне казалось, аргумент.
