Видно, хозяева дома считали, что моя скромная персона недостойна их барского внимания. Если бы я хотя бы на машине подъехал, а так пешком… Впрочем, это было мое субъективное мнение, навеянное недавней встречей с Горожановым и болью в измученной ноге. Скорее всего, хозяева дома не открывали мне, потому что было уже поздно, все-таки одиннадцатый час вечера, если не сказать, ночи. Но что поделать, если мне катастрофически не хватало времени. Пока с анализами крови разобрался, пока добрался до места, где жил подозреваемый, пока опросил соседей справа от него и слева…
День сегодня не задался с самого начала.
То труп в квартире, то фиаско на допросе с Горожановым. Потому и шла кругом голова, а иначе бы я сразу догадался, что начинать нужно с соседей, которые жили напротив. Дом у них большой, с высоким цоколем, и со второго этажа можно было видеть, что творится во дворе у Горожанова. А у людей, живших справа и слева от него, дома одноэтажные, а на забор он в свое время не поскупился, выложил его из кирпича по всему периметру, высотой за два метра.
Из обычных домов к нему во двор и не заглянешь. А сам он на машине к своему дому подъезжает, через ворота, которые открываются автоматически. С кем он там приезжал, что за людей привозил к себе – вопрос этот остался без ответа. Ни Шрама не видели соседи, ни Жернового, ни стриптизершу Зуйко. Разве что горничная к нему приходила, симпатичная, говорят, девушка, но кто она и откуда – снова вопрос. И в его доме сейчас никого не было.
А особняк состоятельного соседа отвечал мне лаем рвущейся с цепи собаки.
Ломиться в дом я не стал. Во-первых, мне вполне хватило вчерашнего инцидента, когда меня задержали за незаконное проникновение в жилище Горожанова. За это, скорей всего, еще придется ответить, так что добавка мне вовсе не требовалась. А во-вторых, мне попросту не хватит здоровья, чтобы перелезть через забор. Наверх я забраться смог бы, но спрыгнуть… Бедная моя нога!
Но и поворачивать обратно я не хотел. Как будто нутром чувствовал, что смогу добыть в этом доме интересующую меня информацию.
Я жал на кнопку звонка до тех пор, пока из темноты не вынырнул «уазик» с включенными маячками, не подъехал ко мне. Долго же я мозолил хозяйские глаза, если успел подъехать вызванный им наряд милиции."
"Грубую команду вроде «Руки в гору! Лицом к стене!» я пресек на корню, предъявив служебные корочки.
– Капитан Петрович!
На вопрос, что я здесь делаю, ответить было несложно.
