Китель нараспашку, верхняя пуговица на рубашке расстегнута, ослабленный галстук сдвинут чуть в сторону. В глазах живой блеск, на щеках румянец, на столе – ополовиненная бутылка коньяка.
Лидочка тоже была тепленькая. И две верхние пуговицы на блузке были расстегнуты – хотя вряд ли мужской рукой. Похоже, до этого дело не дошло, хотя, возможно, к этому двигалось. В одной руке она держала пустой стакан, в пальцах другой дымилась дамская сигарета. Увидев меня, она смутилась, повела глазами в поисках пепельницы.
– О! Петрович! – запанибратски поприветствовал меня Олег. – А у нас тут допрос.
– С пытками или без? – мрачно и без желания пошутил я.
– Ну, это как Лидочка захочет! – развеселился Семиряднов.
– Я не захочу! – потушив сигарету, мотнула она головой. – И не допрос это…
– Ну как же не допрос! – бравурно изобразил удивление Олег. – Ты мне все про свою подругу рассказала…
– Что ты ему рассказала? – настороженно спросил я.
– А чего ты так разволновался, капитан? – с виду беспечно, но явно себе на уме спросил Семиряднов.
– Да ничего, просто поздно уже. Лидочке завтра на работу… Или нет?
– Не завтра, а уже сегодня, – робко поправила меня девушка.
– Тебе, Петрович, постельный режим прописан. Почему не соблюдаешь? – шутливым тоном, но, похоже, всерьез попенял мне Олег.
– Работа у меня, парень, такая, – сказал я, взяв Лидочку под руку.
– У всех работа.
– Вот и работай, а нам пора…
После случая на улице Белинского меня отправили в больницу, а мою многострадальную «Тойоту» – на служебную парковку перед зданием нашего РОВД.
Мне стоило немалых сил доковылять до нее, и не хотелось, чтобы они были потрачены впустую. Если машина не заведется, придется выходить на дорогу, ловить такси. А Лидочка садилась в салон уверенно, даже не подозревая, насколько хрупок его микромир.
– Что ты ему про Галку рассказала? – спросил я, с опаской вставляя ключ в замок зажигания.
– Ну, ничего такого… – пожала она плечами.
– Он спрашивал, я отвечала.
– Что ты отвечала?
– Ну, что Галку еще с училища знаю…
– Что кавалер у нее на джипе появился, да?
– Ну да… То есть нет… То есть я не говорила, что этого кавалера мы сейчас ищем…
– А Семиряднов не дурак, он догадается.
– О чем догадается?
Я разговаривал не с ней, а с самим собой. Поэтому в ответ отчаянно махнул рукой. Дескать, не твое дело… И с тем же отчаянием провернул ключ в замочной скважине.
