Я не питал иллюзий насчет своей формы. Охранники должны были знать друг друга, и если так, то мое лицо должно было вызвать как минимум подозрение с последующим сигналом тревоги. К счастью, задремавший страж слишком поздно спохватился. К тому моменту, когда показалось его заспанное лицо, я приблизился к нему на расстояние удара. Не давая ему опомниться, почти без размаха двинул его дубинкой в кадык. Я вложил в удар всю свою силу, чтобы было наверняка. Сначала хрустнули гортанные хрящи, а затем послышался гулкий шлепок, с которым бесчувственное тело сотрясло фанерную будку.
Возможно, я его убил. Но у меня не было времени выяснять это. Нужно было спешить, тем более что калитка была закрыта лишь на внутреннюю задвижку.
– Пошли, пошли! – подгонял я безропотных, но вместе с тем и бестолковых девушек.
Контрольно-пропускной пункт представлял собой самую обыкновенную строительную бытовку, обшитую пластиковой вагонкой. Судя по всему, в ней не было сквозного прохода, и за ограду лагеря можно было попасть только через ворота.
Для того чтобы их открыть, охранник как минимум должен был выйти из бытовки. А дверь в нее была закрыта, хотя в окне и горел свет.
Я поставил в шеренгу Лидочку и ее соседку, заставил их расстегнуть плащи, чтобы охранники могли созерцать их обнаженную фактуру. Хотелось бы, чтобы длилось это недолго.
Я постучал в окно в ожидании, что откроется дверь. Но сначала откинулось вниз окошко. Из образовавшегося проема на высоте человеческого роста послышался густой мужской голос.
– Это что там такое?
– Боевые подруги! По пять тысяч за каждую! – установил я цену.
– Кто там с катушек съехал?
Я стоял так, что говорившему нужно было высунуться из окошка, чтобы увидеть меня или открыть дверь. Охранник выбрал второе.
– Ты кто такой? – подозрительно сощурился он, глядя на меня.
Физиономия круглая, мясистая, жирный подбородок свисал так низко, что закрывал шею. Такого жирняка ударом в кадык не взять.
– Вадик я.
– Не знаю такого.
Я мог бы вырубить его прямо сейчас, но что если за его широкой спиной притаился вооруженный напарник? Тогда я получу пулю, а не свободу.
– Ты, наверное, недавно здесь.
– Недавно?! Ну ты, брат, загнул!.. И насчет цены ты тоже загнул. Пять тысяч – это много… Разве что за двоих… Да нет, и за двоих много… Витек, что скажешь?
Толстяк вышел из бытовки, вслед за ним устремился и его напарник. Этот был рослым, худым, поджарым.
