Тебе же начальником следственного отдела стать светит. А Белогуб тормознуть тебя может…
– При чем здесь Белогуб?
– А при том, что Белогуб твой начальник, и от него зависит твое назначение. А он мне палки в колеса вставлял, я ему неугоден…
– Не понимаю, о чем ты говоришь. К тому же приказ уже подписан, не сегодня-завтра меня представят как нового начальника следственной части… Но дело не во мне, дело в тебе. Я не знаю точно, как далеко ты зашел, но я должен тебя предупредить, что на тебе уже поставили крест. С тобой может произойти все что угодно, вплоть до летального исхода.
И в любой момент…
– Может, любой момент уже наступил? – спросил я, мысленно нацеливая на Олега свой костыль. Пистолета у меня не было: изъяли при задержании, а затем передали на хранение в наш РОВД. Но и деревянным оружием я мог дотянуться до майора. Мало ему тогда не покажется. – Может, ты собираешься организовать мне летальный исход?"
"– Ты дурак, Петрович, если так думаешь, – оскорбленно посмотрел на меня Семиряднов. – В общем, мой тебе совет, бери срочно отпуск и вали отсюда.
Я узнавал, у тебя за прошлый год отпуск не догулян, тебе пятьдесят суток можно взять. Плюс еще по болезни… В общем, пару месяцев можешь взять. Давай, заявление пиши, а я его Гнутьеву передам…
– А вот возьму и напишу! – неожиданно для себя согласился я.
– Ну, пиши.
– Ну и напишу!.. Там в столе, в ящике, бумага. Только спиной ко мне не поворачивайся и руки за себя не прячь…
Я должен был держать Олега под контролем, чтобы не прозевать момент, когда он достанет оружие.
По этой причине я не хотел, чтобы он повернулся ко мне спиной. Разумеется, он понял это, но промолчал. А бумагу он достал из своей папки, подал мне и авторучку.
Я написал заявление на отпуск, отдал ему. Он обещал позвонить мне завтра утром, сообщить результат – дал Гнутьев добро или нет, а если разрешил, то с какого по какое число.
Семиряднов ушел, а я закрылся на все два замка, еще и внутреннюю защелку задействовал. Хоть и не верил я Олегу, но все ж его предупреждение воспринял всерьез… Вдруг парень осознал, насколько далеко зашел в игре с Горожановым, вдруг захотелось ему хоть как-то смягчить свою вину передо мной… А может, весь этот ералаш он устроил только для того, чтобы выпроводить меня в отпуск.
Еще и путевку в сочинский санаторий выбьет для меня. Что ж, не самый худший способ выпроводить меня из города.
С запертой дверью, но с поврежденной ходовой частью и без пистолета я чувствовал себя беззащитным.
