Чего он пялится-то весь день на мой зад, испачкалась, что ли? Да нет, всё чисто. А чего тогда смотрит, словно ему там мёдом намазали? Не понимаю.
* * *Конец дня. На сегодня весь объём работы выполнила. За несколько дней мы всё же смогли разобрать все текущие дела, а завтра предстояло самое главное – переговоры в клубе и заключение сделки. Конечно, не на танцполе, где орёт громкая музыка, а в вип-кабинке, где можно в расслабленной обстановке – так сказать, без галстуков – обсудить контракт, а потом отметить удачную сделку.
Сейчас стало модно проводить встречи именно так – в пафосном ночном клубе, куда попадают лишь избранные.
Сложила в стопку документы на подпись Марату. Кинула на себя взгляд в зеркальце пудреницы, прежде чем отправиться в его кабинет. Чёрт, опять расстегнулась блузка. Петелька растянулась, постоянно выпадает пуговица, открывая лишнее. Не прям так уж сильно, но декольте становится очень откровенным, и, кажется, даже видно кружево бюстгальтера. Эта блузка – единственная из старых, что я взяла с собой в поездку, и самая любимая, а теперь так подводит меня.
Вставила пуговицу на место. Слабо держится. Придётся мне от этой блузки отказаться. Пал мой воин. Посидела еще несколько минут, подвигала руками – вроде бы держится. Главное, сильно в ней не наклоняться.
Встала и взяла документы в руки. Прошла к кабинету Марата и постучала.
– Входи.
Потянула дверь на себя. Прежде чем зайти, мне нужно глубоко вдохнуть. Начинаю невольно волноваться.
Нет, всё-таки стоит перевестись, потому что Марат на меня дурно влияет!
Прошла к столу и остановилась.
– Бумаги на подпись.
– Клади, – кивнул он на стол, не отрываясь от текста в мониторе.
Положила их рядом с рукой Марата и придвинула ближе. Он поднял глаза на меня.
– Вот это тоже нужно подписать здесь и здесь, – склонилась я над столом и указала карандашом на места, требующие подписи.
Однако мой босс смотрел вовсе не в бумаги. А на мою грудь.
Чёрт, опять долбаная пуговица. Судорожно застегнула её неловкими пальцами.
– Извините, у меня блузка испортилась… – сказала я, чувствуя, как краснеют щёки.
Марат не ответил. Нахмурился и взял ручку, поставив размашистые подписи там, где я ему указала.
Выпрямилась и закусила губу, ожидая, когда он отдаст мне документы обратно. Он отдал и остановил взгляд серых глаз на моих губах. Странно так смотрит, словно посчитал этот жест слишком откровенным.
