Отчаявшись уговорить меня за баснословные деньги продать рецепт блинов трактирщику, соседка переключилась на грядущий поход к градоначальнику.
— Спасибо, что предложила помощь, — искренне поблагодарила я.
— Мы же соседи, — чуть нервно улыбнулась она и поправила на голове тщательно накрахмаленный чепчик с кружевными оборочками. — Должны помогать друг другу. К тому же, у меня мать овдовела. Знаю я, как непросто одной детей поднять.
Она покосилась на мужчину, который при виде нас замер, как вкопанный, а затем вцепилась в мой локоть.
Наклонившись к самому уху, прошептала:
— А ты не думала снова замуж-то выйти? Смотри, как на тебя пялятся… Так и дырки проделают глазюками своими бесстыжими!
— Нет, — отрезала я.
— Любила мужа, да? — глаза Алки влажно заблестели.
— Конечно
Я замолчала, не желая вдаваться в подробности, но соседка, кажется, умирала от любопытства.
— А какой он был? Ты вот беленькая, а дочки разные. Брюнет? Наверное, высокий и стройный.
Кем он работал? Ох, прости-прости! Негоже рану тревожить. Мой вот…
Я слушала её вполуха, а сама с интересом рассматривала невысокие дома, украшенные горшками с цветущими растениями, ровные заборчики, ограждающие зелёные дворики, людское море, в которое мы неторопливо влились, когда вышли из узкой улочки на большую площадь.
Здесь было легко заблудиться. Казалось, что вот-вот тебя задавит один из тяжеловозов, тянущих гружёную повозку, или унесёт стайка одетых в одинаковые серые платья девушек, что бережно прижимали к груди потрёпанные учебники.
На каждом шагу к нам меня дёргали за руки торговки, предлагали купить зелень, ткани и чёрт знает что ещё.
Алка же крепко держала меня за руку и вела сквозь толпу к самому высокому зданию со шпилем и огромными часами на светло-рыжей башне. Маленькая стрелка приклеилась к цифре восемь, а большая подползала к двенадцати.
— Скорее, — торопила меня Алка. — Ох, сколько желающих… До вечера ждать будем!"
"Мы перешли на бег, приближаясь к большим кованым воротам, перед которыми уже встроилась очередь просителей, как вдруг мне преградил путь высокий бородатый мужчина.
На нём был накинут тёплый плащ, хотя утро выдалось жарким, а под правым глазом алел свежий шрам.
— Нашёл! — выдохнул незнакомец мне в лицо.
Легко оттеснил ойкнувшую Айку и, сжав будто тисками запястье, потащил меня в сторону.
— Пустите, — потребовала я.
