Как любой драконорождённый, я намерен добиться руки и сердца пары, которую послала мне судьба.
У меня в животе бабочки запорхали, как некогда в молодости. По телу прокатилась волна жара, и я зарумянилась так же стремительно, как мои знаменитые блины.
— Позвольте украсть вашу даму, господин Соксхлет, — раздался низкий рокочущий голос, от которого по спине прокатилась ледяная волна дурного предчувствия.
Севери остановился, но моей руки не выпустил. Неторопливо повернулся к говорившему и холодно ответил:
— Не позволю.
Я же хватала ртом воздух, глядя на высокого мужчине, бархатный кафтан которого был расшит золотом и драгоценными каменьями. Но меня поразило не богатство костюма. И даже не метка на щеке, похожая на ту, что украшала лоб моего умэ. Пусть этот человек сейчас был без бороды, но я узнала Бармалея, который не та давно напал на меня!
Глава 13
Умэ буравили друг друга уничтожающими взглядами, будто в мыслях уже расчленили соперника и перемололи его в фарш для блинной начинки. Разве что копытами не били и не сцеплялись рогами, как олени из-за маленькой самки с глазами Бэмби.
Смотреть на этих двоих было бы презабавно, не стой я между мужчинами. А ещё неподалёку находились девочки. Честно говоря, я побаивалась Бармалея, он серьёзно напугал меня тогда, на площади.
А ещё я подозревала, что этот драконорождённый знает, что перед ним Ральвина, маг и наёмная убийца. Уж очень красноречиво он покосился на мои руки, с которых иногда срывались то молнии, то огненные шарики. При виде Липока, что замаячил за спиной неожиданного гостя, всё встало на свои места.
Вот кого сопровождает господин Гоц!
И, как назло, кончики пальцев защипало, как было всегда перед неконтролируемым выбросом магии. Будто в моменты опасности или страха силы Ральвины просыпались и грозили выдать меня. Судьба медленным Титаником разворачивалась ко мне широким задом.
Если я простою здесь ещё секунду, то точно проколюсь, как Штирлиц с парашютом.
— Вы потолкуйте, а я пока подышу свежим воздухом, — выпалила я и, приподняв юбки, кинулась бежать к детям.
На ходу бросила: — Крошки, за мной!
Вы выскочили на балкон, и я, присев, порывисто обняла девочек, но тут же отпрянула, боясь причинить им вред. Руки дрожали, сердце колотилось, как бешеное, магия покалывала пальцы, никуда не исчезая. Я уже видела, как по коже то и дело пробегали синеватые молнии, и не знала, как это остановить. Кто-то обязательно увидит и… Что же придумать? Бежать? Куда? Мы только-только наладили быт и нормальную жизнь.
