Мои наполеоновские планы летят коту под хвост! Сжимаю в кулачках воротник пальто до побледневших костяшек. Снимать его категорически передумала. Даже если сварюсь в этом жарком месте рядом с ним. Мурашки предательски пробирались наружу из под кожи, превращаясь в заметную россыпь. Господи, дай мне пинок, что-бы проснуться, вынырнуть из этого омута! Пока я ещё в состоянии дышать и хотя-бы заикаться.
— Нравится вид из окна, Лера?— волнующе произносит мне на ухо. Я сглатываю, не шевелюсь.— Закрой глаза, Белоснежка, ступай вперёд.
..со мной.
Он толкает аккуратно меня в спину своим мощным торсом. Словно каменная стена, которая приближается на тебя в закрытом пространстве и ты не в силах себе помочь сдержать её натиск. Мои ноги деревенеют. Я боязно делаю шаг за шагом, приближаясь к пропасти, разделённой лишь зеркальной поверхностью с этой комнатой. Не отпуская моих плеч, подводит к стеклу и останавливается, обжигая мою шею своим дыханием и царапая кожу лёгкой небритостью. Слышу томный смешок...
— Открой глазки, суслик! Выныривай наружу со своей норы.
..Лера?
Да он что? Издевается? Если я открою глаза у меня случится обморок, в лучшем случае! Не шевелюсь. Валентин цепко берет меня за кулачки и отрывает их от воротника, при этом целуя меня в висок. Прислонив их к стеклу, приказным тоном проговорил:
— Раскрой ладони!
— Не могу...— шепчу еле слышно.
— Ну же! Девочка, сделай это! Уверяю тебя, как бы ты на него не давила, оно будет стоять на месте!"
"Повинуясь, раскрываю их и как не странно, но холода не ощущаю.
Окно теплое внутри, в то время, когда снаружи февральский холод. Мужчина разводит руки в стороны, на ширину плеч, сплетая наши пальцы в замки, прижимаясь к стеклу вместе со мной. Холод прошивает позвоночник.
— Смотри, Лера. То что кажется страшным на первый взгляд, может оказаться незабываемым, в хорошем смысле этого слова! Давай, детка, учись побеждать свои страхи! Я рядом, слышишь?
С силой сжимает мои ладони и прижимается щекой к моей. Набираюсь храбрости и открываю один глаз, за ним.
..второй. Передать словами то, что я увидела и ощутила с его поддержкой, я не смогу. Мощнейший адреналин! Эмоции зашкаливали. Страх и восторг одновременно. Я как будто взлетела ввысь и наблюдала мир с высоты птичьего полета, ощущая якорь, что крепко застрял во мне, не давая сорваться вниз.
— Ты мне веришь?
— Не совсем...— продолжаю отвечать шепотом, немного путаясь в мыслях.— То есть, я тебя не совсем понимаю, Валентин.
— Тебе не нужно меня понимать.
