Пишу несколько сообщений маме и отвечаю Наде. Полина тоже выходит на связь. Они с дочерью в больнице, но уже идут на поправку. Она просит прислать ей лекции и задания к семинарам.
Мы едем около сорока минут и больше не говорим друг другу ни слова. Я даже собираюсь ещё раз задремать, но Чернов вдруг выкручивает руль, ныряя в какой-то жилой двор и срезает половину пути.
Чертыхаясь, едет по кочкам и ямам, которых почти не видно из-за снега и не очень ярких фонарей. Зато мы наконец добираемся до сверкающего огнями торгового центра.
— Аллилуйя! — бормочет Миша, глуша мотор.
Он разминает шею из стороны в сторону до неприятного хруста, от которого меня передёргивает. Заметив мою реакцию, Чернов ухмыляется.
Я натягиваю назад свою обувь и накидываю куртку на плечи.
Миша идет впереди, засунув руки в карманы джинсов и подняв плечи к ушам. Шапки, я так понимаю, мажоры игнорируют. Зато у него на приборной панели в машине лежат солнечный очки. Лето же. Они просто необходимы.
— Что хочешь подарить Анне? — спрашиваю, вертя головой в разные стороны.
На дворе ноябрь, но всё вокруг уже украсили к Новому году. Я всегда любила этот праздник. Поэтому мне хочется пойти и пощупать новогодний декор в ближайшем магазине.
— Сначала наверх поднимемся, — произносит Чернов и, положив руку мне на плечо, разворачивает в сторону эскалаторов. — Застегни куртку.
Смотрю на него, округлив глаза.
— Ты больной? Тут жара градусов тридцать. Я сварюсь как рак в кипятке!
Веду плечом и стряхиваю с себя его клешню.
Миша поджимает губы, смотря мне в глаза, а потом опускает взгляд на мою заляпанную домашнюю футболку.
— Белова…
— Что? Или мне нужно было одеться в «прада» и «гуччи»? Ты не сказал, куда мы едем. А мне плевать, как я выгляжу, Чернов. И плевать, что тебя это не устраивает. И вообще… воспользуйся своим правилом номер два. Сделай вид, что мы незнакомы.
— Лады, — слишком легко соглашается Чернов, шагая на эскалатор.
А я чувствую какой-то подвох.
Мы поднимаемся на самый верх к фудкорту.
Желудок скручивается, а рот наполняется слюной. Не знаю, что задумал Чернов, но я хочу есть. И я поем. Сейчас. А всё остальное уже потом.
Не успеваю остановиться около пиццы, собираясь сделать заказ, как мое запястье обвивают жёсткие пальцы Миши.
— Идём!
— Эй! Я хочу есть.
— Не здесь.
— Блин, Чернов, хватит загадками говорить. Спасибо, что довёз до магазина, но дальше можем и разделиться. Дома и так слишком часто пересекаемся.
