— Эй! — грозно рявкает знакомый голос, от которого пробирает до костей.
Трусливо жмурюсь в ожидании удара, выставляя вперёд руки. Изо рта вырывается немой крик, от шока и ужаса не могу нормально дышать. Идут секунды, но ничего не происходит.
Одна. Две. Три.
И я открываю глаза. Первое, на что натыкаюсь взглядом, — это широкая спина в синем бомбере, которая закрывает меня словно стена. В нос ударяет знакомый запах, и я судорожно тяну в лёгкие воздух, стараясь наполниться им. Живот скручивает спазмом облегчения.
Миша."
"Он здесь. В моей комнате. Зачем-то приехал и сейчас стоит прямо передо мной как гора. Мне хочется обнять его сзади, прижаться щекой и дышать им, дышать. Чтобы весь мир остановился в этом моменте на минуты или часы. А потом всё пошло бы заново и уже неважно как… но у меня бы был этот миг.
— Сдурел?
Я вздрагиваю и смотрю на отца. На человека, чей плотью и кровью я являюсь и который только что хотел меня ударить. Наши отношения никогда не были идеальными. Ему всегда во мне чего-то не хватало, я его раздражала, не устраивала, однако поднял на меня руку он впервые.
Попытался поднять.
— Сынок… — сипит в шоке отец.
Мама замерла на пороге, прижимая руку ко рту. Бледная и напуганная.
— Иди сюда, Катя. Быстрее! — зовёт к себе, а я двинуться не могу.
Приросла к полу и чувствую себя почти в безопасности. Рядом с Мишей я ничего не боюсь. Чего бояться? Он и так уже по мне прошёлся танком. Растоптал всё светлое, что во мне было. А теперь защищает?
Зачем он приехал? Зачем он здесь? Зачем я ему?
— Какой я тебе на хер «сынок»? — цедит сквозь зубы Чернов, и я только сейчас замечаю, что он схватил отца за грудки и притянул к себе.
— Тебе я никакой не «сынок». Это что сейчас было? Дочь свою ударить хотел?
— Не лезь, — рычит папа. — Станешь отцом, тогда и поговорим. Ты ничего не знаешь о воспитании.
Он смотрит на меня. И моя душа опять проваливается в пятки. За что он меня так ненавидит?
— За что? — шепчу еле слышно.
Миша бросает на меня быстрый взгляд через плечо.
Осматривает с головы до ног, словно проверяя, цела ли я. Взгляд у него бешеный. Никогда не видела его таким. Вообще ни разу. Вены на висках вздулись, челюсти плотно сжаты.
Отворачивается и ещё раз встряхивает моего папашу. У того даже голова назад дергается.
— О чём разговаривать, мать вашу? Ты для этого её искал? Чтобы прибить?
— Да как ты смеешь…
— По силе себе противника найди. Девчонку лупить собрался. Мразота, — чеканит слова Миша.
