Если бы я знала, давно бы вытрясла из тебя всю душу, — зло сжимает кулаки и трясет ими около моего лица.
— За что? — отклоняюсь в сторону. — Я тоже ничего не знал."
"— Какой же ты гад! Бросил девчонку на произвол судьбы, — цедит Марина сквозь зубы, распаляясь все больше. — Она едва выкарабкалась после аварии.
Замираю на этих словах и начинаю с жадностью впитывать важную информацию.
— Ей долечиваться надо было, а она отказалась, когда узнала о беременности. Решила рожать, а теперь вот мучается…
— Что с ней? — нервно сглатывая, задаю главный вопрос.
Сердце бьется, пропуская удары, а мне становится душно. Расслабляю галстук и стараюсь дышать глубже.
— Ходит плохо, и в обмороки вот падать начала… — Марина хватается за платок и прижимает его к глазам, смахивая слезы. — Как бы чего серьезного не нашли. Тогда уж и не знаю, что с Сережкой будет.
Вижу, что ее переживания искренние, и немного расслабляюсь. Главное теперь — разобраться со здоровьем Алены, а потом и в остальном придумаем, как быть.
— Все будет хорошо, — говорю уверенно, чтобы успокоить Марину, но сам нахожусь в какой-то прострации.
Даже не представляю, какие диагнозы услышу от врача. Судя по описанию, ничего хорошего. Лишь бы можно было вылечить… Лучшие клиники, лучшие врачи, все найдем и оплатим.
— Ты поможешь? — Она с надеждой смотрит на меня.
— Помогу, — уверенно киваю. Сделаю все, что в моих силах. — Только сначала мне нужно во всем разобраться.
— Да что тут разбираться? — всплескивает она руками. — Ты девчонке помоги!
— Я же уже сказал, что помогу, — недовольно поджимаю губы.
— А вот мальчик должен остаться у вас.
— Ну естественно, — закатывает она глаза к потолку, а меня вспенивает от такого потребительского отношения. Я что, мальчик, которого можно шпынять, как угодно? Не угадала. Здесь я устанавливаю правила. И я принимаю решения. Лучше если эта двинутая семейка это поймет как можно скорее.
— Нет, это не естественно, — холодно отвечаю, врезаясь в Марину строгим взглядом. — Но более разумно в данной ситуации.
Та затихает и недоуменно хлопает глазами. Уже лучше, здравомыслие просыпается.
— Сейчас мне нужно уйти, вот, возьмите на расходы, — достаю из портмоне несколько пятитысячных купюр и протягиваю ей. — Мой телефон у вас есть, звоните, если что-то понадобится.
— Уж будь уверен, обязательно позвоню.
Поднимаюсь на ноги и делаю знак Юле. Берет Сережку и ведет к нам.
— Ну давай, чемпион, — по-мужски протягиваю ему руку.
— Папа, ты куда? — В его глазах паника.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
