— Да, но после всего, что случилось, я не была уверена…
— Шш, — он прижал палец к моим губам. — Я не допущу, чтобы тебе и малышу что-то угрожало. С прошлым покончено, я обещаю.
Я знала, что Кейд никогда не давал обещаний. И тот факт, что он только что это сделал….
— Ты пойдёшь на это ради меня? — спросила я, дрогнувшим голосом.
Склонившись, Кейд поцеловал меня, прижимая к кровати. Когда он отстранился, нежность пронизывала его синие глаза.
— Я пойду на всё ради тебя.
Чувствуя, что вот-вот снова расплачусь, я зарылась носом в его плечо.
На душе стало непривычно легко от ощущения полнейшего счастья.
— Нужно сказать Блейну… до отъезда, — вздохнула я, когда эмоции немного утихли.
Повисло тяжёлое молчание. Перевернувшись на спину, Кейд посмотрел в потолок.
— Давай я сам поговорю с ним, — предложил он.
Я покачала головой.
— Нет. Блейн имеет право узнать эту новость от меня.
Повернувшись, Кейд посмотрел мне в глаза. Его брови нахмурились. Прошло несколько секунд, прежде чем он наконец произнёс:
— Ладно.
Но ты должна сказать ему сегодня, потому что завтра мы уезжаем.
Я сглотнула.
— Хорошо.
* * *"
"Стоя возле дома Блейна в тени сгущавшихся сумерек, я пыталась вспомнить, почему так настаивала на том, чтобы лично поговорить с ним. Я кружила по кварталу не меньше четверти часа, прежде чем припарковалась у ворот, а потом ещё десять минут уговаривала себя выйти из машины.
Теперь я смотрела на грозную входную дверь, собираясь с духом, чтобы постучать.
Почти стемнело, когда я наконец подняла руку, но неожиданно дверь открылась, заставив меня отпрянуть назад. На пороге показалась Мона.
— Кэтлин, какая неожиданность! — воскликнула она, обнимая меня за плечи. — Рада тебя видеть.
Я тоже обняла её в ответ.
— Взаимно.
Отстранившись, я нервно посмотрела в сторону тёмного коридора.
— Мм, а Блейн дома? — спросила я, в глубине души надеясь, что он уехал.
— Да, — ответила Мона.
— Думаю, он в библиотеке. Хочешь, я сообщу о твоём приходе?
Я покачала головой.
— Не стоит. Можно войти?
— Конечно. — Мона пропустила меня в дом, а сама вышла на улицу. — Я как раз уходила. Доброй ночи, Кэтлин, — сказала она на прощание.
— Доброй ночи, Мона, — ответила я. Когда дверь за ней закрылась, я осталась стоять в тёмном холле.
Мучительные воспоминания нахлынули с новой силой, и я в который раз спросила себя, не совершаю ли ошибку.
