Поверь, тебе нас двоих хватит за глаза. А потом и ребенок будет. Тебе незачем думать о смерти, каиша. Я смогу сделать тебя очень счастливой, только расслабься и не сопротивляйся мне.
Протянув руки, я погладила его по плечу.
— Сферр, никто не клянется в вечной любви после пары часов знакомства, это же просто смешно!
Его глаза сурово сузились, и он, словно внутренне успокаивая себя, поджал губы так, что стали заметны клыки. Весьма внушительные зубки, надо заметить.
— Много ты знаешь об аррафатах, Селена, чтобы указывать мне на то, когда я должен заявлять права на женщину.
Или ты наивно полагаешь, что ахунт тебя сюда случайно отправил? Что ты вообще, девочка с игрушкой в кармане, знаешь о том, куда попала? О том, кто окружает тебя? Я последний раз, по-хорошему, тебя прошу, смирись и прими меня, иначе я это сделаю за тебя сам. Я сказал, что ты моя. Значит моя.
Глава 8
Последующие дни тянулись медленно и до жути однообразно. «Утро» в трюме уже привычно начиналось с грохота и приземления на жесткий металлический пол новых постояльцев.
Хараки, тараканы, человекоподобные ящеры разных мастей и габаритов. Пару раз к нам пожаловали богомолы, но их быстро уничтожали. Вообще стало заметно некоторая закономерность. Такие расы, как те же дикобразы-хараки, тараканы, рептилоиды, пользовались неким подобием уважения. Моего аррафата и аруха с паучьим брюшком откровенно боялись и разбегались, как муравьи в разные стороны, стоило тем выйти из своего отсека в общий зал трюма. А вот с богомолами не все было ясно. Некоторых не трогали и даже в их сторону не смотрели, а вот иных уничтожали сразу без раздумий.
Это никак не укладывалась в голове.
— Сферр? — обратилась я к еще дремавшему аррафату, наблюдая с содроганием за тем, как прибывших клешнеруких разделывает на части пара дикобразиков и тараканов. — А почему такое странное отношение к богомолам?
— К кому? — не понял меня он, привстав он, тоже выглянул наружу. — А понятно. Дело в их кланах. Эти падальщики, таких за спиной не оставляют, так как они любят на расстоянии тяжело ранить и ждать пока враг умрет мучительной смертью.
Подлые твари.
— А другие? Не всех же убивают, — не унималась я.
— Другие охотники и как и все, имеют понятия о чести и достоинстве, — пояснил мне Сферр.
Признаться, я запуталась еще больше. По мне, так все эти насекомые были на одну страшную морду. Какие там еще кланы. Я представить себе не могла, вот чем такой богомол может заниматься в обычной для них жизни. Вот не клеилась у меня картинка.
