Да, почти пятнадцать лет назад игрушки моего сына были по всей съемной двушке, а вечером ютились в большом картонном коробе из-под телевизора, потому что на такие ящики и комоды денег не было.
- Повезло, - говорю, и понимаю, мой голос звучит слишком гулко от досады.
- А у тебя что-то не так? Твой не придет домой? - отставив чашку на кварцевую столешницу с легким звоном, удивленно спрашивает Ирка.
Мне, так же, как и ей не хочется затрагивать тему мужа, поэтому стараюсь растянуть время, скольжу взглядом по открытой винтовой лестнице на второй уровень, где должны быть спальни.
Хромированные перила блестят под светом встроенных спотов, холодные и безжизненные, как и все в этом идеальном доме. Понимаю, что все здесь продумано до мелочей, даже выключатели скрыты в панелях, даже ручки на мебели утоплены, будто стыдятся своего существования.
И все же почему-то Ира располагает к разговору, и когда она отходит за второй порцией капучино и поворачивается ко мне спиной, я начинаю говорить.
- Сегодня пятнадцать лет свадьбы, - она замирает.
Ее пальцы с матовым покрытием задерживаются на сенсорной панели кофемашины. На секунду кажется, будто даже техника вокруг нас затаила дыхание, умный дом перестал гудеть, климат-контроль замолчал, будто ожидая, что будет дальше.
- О, поздравляю! – она поворачивается ко мне, нажав на кнопку, и аппарат оживает, разрушив гробовую тишину.
Ее взгляд скользит по моему лицу, и я вижу, как она вычисляет мое настроение, словно она настоящий психолог.
Я пью кофе, чувствуя, как горячий напиток обжигает губы.
- Да не с чем. Третий год подряд отмечаю одна, - Ира морщит нос, доставая свой напиток и возвращается обратно. Ее пальцы сжимают ложку чуть сильнее, и этот стук о стекло звучит как приговор, хотя сравнение глупое.
- Серьезно? Командировки? Неужели нельзя отменить? - я вздыхаю, откидываюсь на спинку стула и смотрю в потолок, где висит люстра с легким слоем пыли на плафонах. Вот она, ирония, даже в этом стерильном пространстве нашлось место для чего-то неидеального, и дышать становится чуточку легче.
А то стало как-то неуютно в этом месте.
- Нет, никак. У него то командировка, то партнер, то переговоры. Как всегда, вечером позвонит, скажет, что все затягивается и вернется за полночь, а может и вообще заночует в офисе, чтобы не тратит пару часов на дорогу, которые мог бы поспать.
- Ужас какой, - сокрушаясь, ни то искренне, не то постановочно, сочувствует мне, но я не нуждаюсь в этом.
