— Скажите, а можно вашу систему настроить, скажем, на восемь утра? — поинтересовался Лесснер."
"Матвей Терентьевич умел быть серьезным, но сейчас он напоминал старика, который спрятал у своей благоверной лучшее платье перед выходом в театр и через щелочку в двери наблюдал за ее мытарствами. Щеки без конца расходились в довольной улыбке, а у глаз скопилось такое огромное количество мелких морщин, что они стали напоминать паутину.
— Можно, господа.
С минуту в комнате было спокойно. Банкиры с интересом рассматривали экспонат.
Некрасов даже не удержался и провел по отполированной поверхности ногтем. Разумеется, ничего. Ни царапинки. Да и сам сейф напоминал огромный кусок темно-зеленого гранита очень искусной обработки. Точилин не так прост, как это кажется при беглом знакомстве. Надо думать, что именно на петушином дворе ему приходят в голову такие блестящие мысли. Любой медвежатник привык иметь дело с металлом. Он для него такой же понятный, как для стариков пареная репа. По мнению создателя, грабитель наверняка должен прийти в некоторое замешательство, когда увидит вместо привычной стали темное покрытие, очень напоминающее гранит.
Медвежатник не камнерез, его основное оружие — ворох отмычек и ключей, свободно он себя чувствует только в окружении металла.
Видно, очень неглупый человек посоветовал Точилину придать сейфу облик камня. Гранит не придорожный камень, что скуки ради можно поддеть носком ботинка, — в первую очередь, он кусок скалы, что несокрушимо возвышается над песчаным берегом.
— А скажите, любезнейший, — продолжал Лесснер, в задумчивости потирая острый подбородок, — вы можете покрасить сейф в любой цвет?
— Ну скажете, господа. — Обида Точилина выглядела искренней. — Разве это краска? Вы бы ее, любезнейший, гвоздиком бы поцарапали для убедительности. И то не сдерете! Сталь-то на заказ выполнена, а в ней еще добавочки всякие имеются, чтобы цвет был такой. А вы — краска!
— Ну хорошо, — примирительно отвечал Лесснер, — можно ли придать стали какой-нибудь другой цвет, ну, скажем, красный?
Точилин серьезно задумался, уперев взгляд в потолок, потом заговорил, слегка растягивая слова:
— Ну-у, это дело такое.
Тут покумекать нужно. Есть в литейном цеху один дока, вот надо бы к нему обратиться. Он подскажет.
Банкиры вновь с интересом принялись рассматривать сейф. Лесснер даже постучал по нему кольцами, его нутро отозвалось глухим звуком, как монолитный кусок железа. С оценкой банкиры не спешили.
