Нельзя остаться равнодушной, когда тебя прижимают близко к твердому телу сильные руки. Каждый вечер я возвращалась в комнату возбужденной, с колотящимся сердцем и красным лицом. Ныряя в ванну, прикрывала глаза и снова словно оказывалась в крепких объятиях.
Иногда мне казалось, что я так ничему и не научилась. Днем ко мне иногда заходила слегка притихшая в последнее время Рика, и я пыталась повторить с ней все, чему учил меня Лиарон. Танцуя с Рикой, я ощущала себя коровой на льду! С Лиароном мне казалось, что я парю, лечу, растворяюсь в музыке, становясь легким перышком.
Без него все это куда-то пропадало. Я забывала, как нужно ставить ноги, в какую сторону наклонять голову, в каком положении держать руки. Казалось, мое тело отчего-то мгновенно становилось деревянным. Это удручало. Но вечером, когда музыка снова заполняла зал, а он обнимал меня, я забывала обо всем.
Мне кажется, не только мне нравились эти вечера. В последние дни он ничему не учил меня, просто держал в объятиях, кружа по залу. А я не спрашивала, делая вид, что так и надо.
Вечер перед нашим отъездом напоминал мне сумасшедший дом. Всегда спокойная и холодная Герда будто с цепи сорвалась. Она проверяла все, до чего могла дотянуться. Перебирала уже сложенные платья, белье, обувь, заново все укладывая и поясняя, что, когда и с чем надевать.
– Герда, а ты разве не едешь? – спросила у нее, присаживаясь на кровать.
– Как это не еду? – Герда хмуро глянула на меня. – Конечно, еду. Как же вы там без меня?
Я от такого даже не сразу нашлась, что сказать.
– Тогда я не понимаю всей этой… паники, – сказала, принимаясь распускать волосы.
Герда на это ничего не ответила, просто вздохнула, наградив меня суровым взглядом. Минут через пятнадцать она закончила и направилась к выходу, но прежде, чем покинуть мою комнату, остановилась и повернулась.
– Все должно быть идеально, миледи, – сказала она, чопорно поджав губы и неодобрительно глянув на меня. – Спокойной ночи.
Когда Герда ушла, я повалилась на подушку и выдохнула, прикрывая глаза.
Вот ведь…
– Все должно быть идеально, – передразнила ее, переворачиваясь на бок. Иногда Герда меня просто выводила из себя своим поведением.
Казалось, ее все во мне не устраивает, но она молчит из-за приказа Лиарона. А в следующий момент я отчетливо видела, что по-своему нравлюсь ей, просто вот такой она человек, который не умеет выказывать симпатию каким-либо иным способом, поэтому только и может, что ворчать."
"Мысли перескочили с Герды на Рику.
