Квартиры все просторные, вот увидите, вы не захотите уезжать.
— Зачем квартира? Лучше дом за городом, я могу посоветовать хороший закрытый поселок. Инфраструктура отдельная, охрана сразу на въезде. Сосны, река, просто сказка, а не поселок, — поддерживает Олесю Каменецкий, и я на время выдыхаю.
О детях забыли, разговор перетекает в более безопасное русло. Но сколько мне еще так будет везти?
— Извините, мне нужно выйти, — бормочу, выбираясь из-за стола.
Иду в дамскую комнату и долго держу руки под прохладной водой, смотрю на закручивающиеся воронкой и исчезающие в сливном отверстии ручейки.
Если бы можно было так же незаметно слиться, чтобы меня больше никто не видел!
В зал возвращаться не спешу, выхожу на террасу. Подхожу к ограждению, опираюсь на перила, вдыхаю теплый воздух, пахнущий жасмином. Вокруг террасы его целые заросли.
Может, отправить Славиной смс, что я себя плохо чувствую? Но неудобно не попрощаться с Каменецким. Надо все же вернуться в зал, поблагодарить всех за приятный вечер и тогда уже сбегать.
В принципе, полтора часа моего присутствия вполне достаточно.
Разворачиваюсь и утыкаюсь в широкую грудь, обтянутую белой рубашкой. Голову кружит дорогой и мужской парфюм, смешанный с хорошо знакомым и все еще будоражащим запахом моего бывшего мужа. Его кожа всегда так пахла.
— Здравствуй ближе, Соня, — добивает негромкое, и я покачиваюсь, теряя равновесие.
Глава 19
РустамСам не знаю, как я сумел справиться с собой, когда ее увидел. Сначала решил, что померещилось, что она мне привиделась.
Со мной было такое первое время, когда она с Демидом сбежала. То на переходе девушка похожей покажется, пока я на светофоре стою. То в ресторане за столиком мелькнет.
Бросал машину посреди улицы, бежал догонять, хватал за руку и уже видел — не она. Ошибка. Просто похожая девушка. Или наваждение…
В ресторане раз чуть не подрался с чужим мужиком. Извиняться пришлось, потому что не она это была. Не моя Соня."
"Я точно узнал, что она не с Демидом после того, как Ольшанский вернулся из Штатов и заявился на прием к мэру с очередной девицей.
Буквально через несколько дней, как родился Амир. Я подстерег братишку в коридоре и впечатал в стенку.
— Ты ее бросил, урод? Где она, говори?
Наша охрана осталась снаружи, и мы не стали отказывать себе в удовольствии повозить друг друга мордами о близлежащие поверхности. Пока это не надоело охране мэра.
— Где она, знать тебе не надо. И с кем она, тоже не твое дело, — сипло ответил Ольшанский, смывая кровь с губы.
