Нашу брачную ночь я хотела бы забыть, но из памяти ее можно выжечь только каленым железом.
Я была так счастлива, что мне сейчас больше всего больно за то, что это все оказалось фальшью. Обманом. Не было ни счастья, ни любви."
"Все рухнуло, как старая обветшалая постройка. Мой мир разлетелся на тысячу осколков, а под ним оказался совсем другой мир, в котором мой любимый мужчина покупает платья другой женщине для того, чтобы их с нее снять.
Глава 3
СоняТеперь я в буквальном смысле живу на больничной кровати. Анна Анатольевна сказала, что мне нужен покой и физический, и эмоциональный.
Кровотечение больше не возвращалось, и сейчас мое состояние Анна осторожно называет удовлетворительным.
— В принципе бывает и хуже, но скажу честно. Угроза никуда не делась, и в любой момент мы можем приехать в операционную. Поэтому давай, София, с тобой договоримся. Представь что ты ваза. Из тонкого-тонкого стекла. И от любого неосторожного движения можешь рассыпаться на кусочки. Так что если хочешь увидеться со своей деткой, даже с боку на бок переворачиваешься медленно и аккуратно.
Я верю ей безоговорочно, поэтому делаю все, как она говорит. Без крайней необходимости с кровати не встаю. Ем полулежа, и хоть аппетита нет совсем, съедаю все без остатка.
Остальное время все, что я могу делать, это лежать и думать. Мое сердце бьется чаще и сильнее, когда я думаю о том, кто растет внутри меня.
Пока это лишь крошечная точка, но она уже стала самой важной частью моей жизни. Я боюсь потерять своего ребенка, я его так долго ждала и так долго о нем мечтала.
Он слишком маленький и хрупкий, но я буду делать все возможное, чтобы помочь ему родиться и вырасти здоровым и сильным. Меня затапливают безграничная любовь и нежность, когда я с ним разговариваю.
Это меня тоже Анна научила. Уговаривать. Я могу говорить со своим малышом часами. Глажу живот и рассказываю, как мы с ним будем жить, когда он родится. Обещаю быть лучшей мамой на свете, чтобы он никогда не пожалел, что выбрал именно меня.
Я готова сражаться за него со всем миром. Я собственный организм ненавижу за то, что он отторгает моего ребенка.
Не хочу думать, что у меня не получится. Не позволяю даже мысли такой допустить. Продолжаю отчаянно надеяться, что все обойдется, и пусть я со стороны выгляжу слабой и беспомощной, на самом деле я делаю все возможное, чтобы спасти своего малыша.
Даже если это значит просто лежать и думать.
Ограничивать себя физически вообще ни капельки не тяжело.
