Поразительно, до чего силен этот малыш! Нежно глажу живот поверх одежды, желая отдернуть ткань, чтобы своими глазами увидеть очертания крошечной ножки, но, когда моя рука ползет ниже, чтобы осуществить это, Фима меня резко останавливает.
– Что ты делаешь? – прерывисто дыша, с паникой смотрит она на меня.
Я понимаю, что увлекся и перешел черту, потому что она не разрешала себя трогать и тем более лезть под одежду.
– Прости, – выдыхаю медленно, убирая от нее руки. – Я увлекся, хотел посмотреть, видны ли очертания его ножки.
– Надо было спросить! – резко говорит Фима, отстегивая ремень безопасности. – Мне уже пора, спасибо, что подвез. Созвонимся на днях.
Она выходит настолько быстро, насколько позволяет ее тело, явно спеша убраться подальше от меня, так что я только и успеваю сказать ей «Пока», прежде чем Фима захлопывает дверь и идет к своему подъезду. Блин, ну почему между нами все так усложнилось?! Мне это совсем не нравится, я хочу вернуться к тому, что было – к легким, непринужденным дружеским отношениям, и ведь до того, как я к ней прикоснулся, все было как раньше, мы просто разговаривали и были расслаблены, но в последнее время всегда срабатывает какой-нибудь триггер, заставляющий Серафиму отстраняться и бежать от меня, как от огня, и что-то мне подсказывает, что дело не только в ее обиде за мои необдуманные слова.
Что происходит в ее голове?
Глава 17
Мне достаточно сложно находиться рядом с Пашей, не показывая, как он на меня действует, но, когда он еще и прикасается ко мне… Тушите свет! Я вся горю, по коже бегают мурашки, а руки так и тянутся обвиться вокруг него, чтобы прижать к себе и утонуть в его таком греховно привлекательном, до нелепого массивном теле.
А ведь мне всегда нравились более худощавые парни, а не горы мышц, на которые облизываются мои подруги. Сейчас я и сама готова облизать каждую выступающую мышцу Паши, а потом повторить это еще раз. Потому что он, черт бы его побрал, действует на меня, как самый желанный десерт, который так и хочется съесть! Когда я стала такой озабоченной? Ужас!
– Ты чего такая красная? – замечает мое состояние Варя, когда я захожу домой.
– Обычная одышка, – отмахиваюсь я, потому что благодаря беременности она у меня теперь и правда иногда появляется, когда я пытаюсь слишком быстро ходить.
Я делюсь с Варей подробностями того, как прошел разговор с родителями, но, когда мы расходимся по своим постелям на ночь, все равно возвращаюсь мыслями к Паше.
