— Достала, — проговаривает мне в лицо. — Прекрати испытывать мое терпение. Мне надоело глотать твой яд.
— Прекрати меня трогать!
Упираюсь рукой ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Но Андрей, как скала, он, наоборот, вжимается в меня теснее. На мгновение теряюсь, превращаюсь в маленькую запуганную девочку. Он слишком близко, его дыхание обжигает лицо.
— Не надо, — голос срывается на истерику. Зажмуриваюсь. Так бывает. Несмотря на то, что я сильная, меня сносит в паническую атаку. Чувствую, как его сильные руки хватают меня за талию.
Рывок – Андрей сажает меня на свой стол, снова врываясь в мое личное пространство, помещаясь между моих ног, сжимая бедро. Дышит шумно, глубоко, серые глаза горят огнем, хватка на моем бедре усиливается.
Все это время он был довольно сдержан и терпелив.
Я доигралась?
Я сама сейчас спровоцировала?
Своим языком?
Получается, я и правда виновата?
— Пожалуйста, — начинаю просить, всхлипывая. От наглой и дерзкой Василисы не осталось и следа.
— Тихо, — уже шепчет мне, ослабляет хватку, начиная поглаживать мою ногу.
— Не надо. Опусти, — пищу я.
— Не бойся. Я… — сглатывает, убирая прядь волос с моего лица. — Просто поговорим. Я не возьму силой, — обещает мне, понижая голос. А я молча кусаю губы, чувствуя, как меня снова начинает душить паника. Я смирная, как дрессированная собака, которая давно уяснила, что нужно выполнять все команды хозяина, чтобы избежать наказания. — Я совершил ошибку, — говорит он мне, прикасаясь пальцами к моему лицу, так аккуратно, нежно, и это еще больше вгоняет меня в панику.
— Зацепила ты меня, — голос у него становится мягкий, бархатный. — Очень сильно зацепила. Сам от себя не ожидал. Ты как бездна. И я упал в нее, — переходит на хриплый шёпот. — Давай начнём сначала? Сделаю все, что хочешь, любой каприз, Василиса.
Заглядываю в насыщенно серые глаза и понимаю, что не лжёт. Паника отступает. Маленькая девочка превращается в стерву. Она наслаждается его эмоциями. Губы растягиваются в ядовитой улыбке.
Мне хочется отхлестать это красивое, холеное мужское лицо. Мою улыбку Андрей принимает за согласие, обхватывает пятернёй мои скулы и тянется к лицу. Подпускаю его очень близко, позволяя прикоснуться к губам."
"— Такая красивая, — шепчет мне в губы. — Манящая. И я помешался, — признается. Приоткрываю рот, но не для того, чтобы ответить на поцелуй, а для того, чтобы укусить эти порочные губы. Со всей силы сжимаю нижнюю, прокусывая в кровь, и отпускаю.
