Нет, женских романов я не читаю. Не грежу принцами и большой любовью. Это не любовные романы – это фантастика. То, чего в жизни нет. Предпочитаю детективы, триллеры, мистику, хоррор или что-то психологическое. То, от чего приходят в восторг мои тараканы.
Вздрагиваю, когда дверь в домик резко распахивается. Марк.
Марк – сын хозяина дома. Мы общаемся. Нет, не дружим, конечно. С этим гадёнышем трудно дружить. Он высокомерен, наглый, развязный, настоящий зажравшийся мажор. Но обаятельный и прикольный, когда хочет. В свое время он тоже меня доставал, как и всех в этом доме.
Но я смогла поставить его на место. Думала, меня уволят тогда за такое обращение с его сиятельством Марком Демьяновичем. Но нет, этому гаденышу зашло моё хамство. Зацепило. Он тоже мужчина, но с ним мне просто. Марк молод, еще пацан, по сути, младше меня на три года, и я воспринимаю его по-другому. Главный фактор – то, что он не лезет мне в трусы, и это огромный плюс в его карму.
— Привет, болезненная, — ухмыляется он, проходя в комнату и рассматривая медикаменты на тумбе.
— О боже, сам Марк решил опуститься до моего уровня и навестить, — закатываю глаза. Мы так общаемся. Игриво кусаясь. Нам по приколу.
— Пришел посмотреть, не померла ли, — опирается бедрами на наш стол, складывая руки на груди. Хорош, зараза. Гены у него шикарные, спортивное телосложение. Это с виду он придурок и засранец. На самом деле у него черный пояс по дзюдо. Мог бы стать хорошим спортсменом, но лень-матушка и разгульная жизнь мажора его испортили.
— Забота в стиле Марка, — усмехаюсь я.
— Спасибо, пока жива, — развожу руками.
— Да какая там забота, — строит из себя «плохого мальчика». — Задрала эта безрукая новенькая.
— Дарина?
— Да плевать мне, как ее зовут. Она тупая, как пробка, и безрукая – чуть достоинства меня ни лишила, горячим кофе облила.
— Ой, было бы чего лишать, — стебусь я.
— Не веришь – могу показать, — начинает расстёгивать ремень на брюках.
— Ой, верю я, верю, прекрати! — смеюсь, закрывая лицо руками. Ведь гад покажет же.
— А ты там обижаешь Дарину, да? — прищуриваюсь.
— Да она уже богом обиженная, — отмахивается.
— Прекращай. Нормальная она. Просто еще не привыкла.
— В общем, ты давай не валяйся здесь, выходи на работу, мне скучно. Я тут небольшую вечеринку устраиваю. Может, присоединишься? Побухаем – твою болезнь как рукой снимет.
— Упаси меня боже бухать с твоими друзьями. Они еще хуже, чем ты.
— Есть такое. Ну давай, не болей, — разворачивается, уходит. В дверях останавливается.
