К сомнениям, которые впиваются в душу холодными иголками.
– Это Ксюша, – произношу на выдохе.
– Я уловил.
– Ты помнишь ее?
На его губах зажигается короткая усмешка. Он не отрывает взгляда, в котором поднимается что-то нехорошее. Почти что ядовитое. Он режет меня своим темным взглядом.
– Давай не будем играть в эти игры, – бросает он неожиданно резким тоном. – Скажи прямо, что стряслось.
– Так ты помнишь ее? – я завожусь из-за его реакции.
Что с ним?
Открывается другая его сторона, с которой я не знаю, как себя вести.
– Девку, которую лезла в мою постель? – Макс закусывает нижнюю губу. – Да, я помню ее.
Он рывком разворачивается и сходит с кровати. Я слышу его шаги, он молча направляется в ванную комнату. Дверь он не захлопывает, так что стоит обернуться через плечо, чтобы увидеть, что он переодевается. Макс скидывает с себя халат и срывает с кафельного пола джинсы. Он резкими движениями натягивает их на себя, после чего сжимает в ладони рубашку.
Он не надевает ее и выходит ко мне с оголенным торсом. А на его рельефных губах по-прежнему гуляет холодная усмешка.
– Тебе вызвать такси? – бросает он после паузы, которую я не спешу заполнять. – Или сойдет водитель брата? Он отвезет тебя, куда ты скажешь.
– Что?
Я сильнее сжимаю одеяло, которым до сих пор прикрываюсь, как идиотка.
– Ты останешься? – Он хмурится. – Я подумал, что мы идем к тому, что ты вот-вот залепишь мне пощечину и вылетишь из комнаты. Поэтому решил сразу прояснить вопрос с машиной.
Тебе не стоит садиться за руль…
– Да что ты несешь?!
– Что я несу? Я не слепой, Арина. – Он ведет плечами. – Я уже говорил тебе, что не спал с твоей подругой, но тебе плевать на мои слова.
В нем прорывается злоба. И он не находит другого пути выместить ее, кроме как скомкать рубашку и швырнуть ее в дальний угол. Максим проходит к тумбочке, не поднимая на меня глаз, и берет свой сотовый. Что-то проверяет на экране, но я замечаю его слепой взгляд.
Он слишком заведен, чтобы хоть что-то видеть перед собой.
– Я так понимаю, что ты выставляешь меня. – Я киваю, стараясь заставить себя двигаться сквозь шок. – Хорошо, Макс. Хорошо.
Я тоже нахожу свою одежду и начинаю судорожно одеваться. Мне не по себе, я отворачиваюсь от Максима и чувствую, как на глаза выступают слезы.
Что это вообще?
Что с моими эмоциями?!
Меня буквально выкручивает узлами из-за его голоса.
