Максим не имеет ничего против того, что я откровенно пялюсь на него, и, кажется, готов подождать еще. Но я поспешно отворачиваюсь к букету и поправляю ленту в десятый раз.
– Давай тогда поедем на твоей, – говорит он и упирается локтем в столешницу. – Ты сядешь за руль, а я буду рядом, чтобы тебе было спокойнее.
– Прошлый раз, когда мы так сели в машину, мы попали в аварию, – упрямлюсь.
– Но спокойно же? – усмехается Максим. – Со мной и в аварию угодить не страшно.
Тут не поспоришь.
Я тогда чувствовала себя защищенной.
Как за каменной стеной, как бы банально это ни звучало.
– Хотя бы потести ее, – добавляет Максим. – Я знаю, что она огромная. Но мне будет спокойнее, если ты будешь кататься на хорошей машине.
– С десятком подушек безопасности?
– Именно. – Максим кивает и дотрагивается до моего запястья, чтобы я уже отпустила ленту букета. – Поехали, а то я и так вечно опаздываю. Вадим это не любит.
– Он строгий?
– Он нормальный. С виду немного грозный, но он добрее меня.
– Правда?
– И он каблук, – уверенно добавляет Максим с ухмылкой.
Я поддаюсь ему и даю увести меня из гостиной. Я подхватываю черный пиджак, небольшую сумочку на цепочке и выхожу из квартиры вместе с Максимом. В моей ладони зажаты ключи от подаренного им внедорожника.
Потестить можно.
Ок.
Может, даже стоит пару раз газануть, чтобы Максим испугался и понял, что мне нужна машина с разгоном улитки. Там же небось под капотом зверь.
– От тебя вкусно пахнет, – невпопад сообщает Максим в лифте.
Он наклоняется и чиркает носом по моей макушке.
Я смущаюсь пожилой соседки, которая бросает на нас заинтересованный взгляд. Максим же не обращает на нее никакого внимания.
– Сколько у вас с братом разница?
– Одиннадцать лет, – отвечает он, раскрывая для меня водительскую дверцу.
Он остается стоять рядом.
Помогает подогнать сиденье под мой рост и что-то проверяет, оглядывая датчики.
– Большая, – произношу.
Я чувствую, что через его семью могу узнать о нем побольше, но толком не знаю, как подступиться.
– Меня нагуляли на стороне, – ровным голосом говорит Максим, вытягивая ремень безопасности из катушки. – Любовница отца залетела, но аборт не сделала. Так я и появился на свет.
Он наклоняется ко мне, приближаясь на расстояние поцелуя, и защелкивает ремень. После он задерживается, оставаясь со мной лицом к лицу, и ждет. Словно чувствует, что у меня еще много вопросов.
– Ты говорил, что ты детдомовский.
– Да. Она сдала меня в детдом, отец был только за.
