Я замечаю, как Максим бросает взгляд поверх моей головы в сторону своего отца. Он напрягается до предела и безотчетно сдавливает меня в ладонях.
– Подожди, – бросает Максим своему отцу. – Дай мне минуту. Я уведу ее…
– Арс поможет тебе, – раздается холодный голос отца.
– Нет, мы договаривались, что ее никто не тронет.
– А дальше? – я оборачиваюсь и задаю вопрос старшему Арбатову, а не Максу. – Что будет потом? О чем вы еще договорились?
– Занятная девочка, – изрекает Арбатов, щуря глаза. – На такой и жениться можно, глотку за тебя порвать готова.
"
"Он усмехается и на пару секунд переводит внимание на Ксюшу. Та сидит без движения. Она то ли не знает, как себя вести, то ли привыкла помалкивать, пока не получит распоряжение. Она не издает ни звука и лишь иногда украдкой смотрит на Максима.
Арбатов же выходит из-за стола, приближаясь к нам.
– Арина, хватит, – отрезает Макс.
Он завязывает с уговорами и рывком поднимает меня. Закидывает на плечо, заставляя зажмуриться из-за мельтешения стен. Я дергаюсь, пытаясь помешать ему.
Из моей головы вылетают все мысли кроме одной – Макс не должен остаться в доме отца!
Но через секунду я вспоминаю еще одну вещь. Я чувствую, как Максим покачивается, делая новый шаг… Черт! Его спина! Как я могла забыть?! Я затихаю, переставая бороться, только это не помогает. Он падает на одно колено, а мои стопы вновь касаются пола. Я соскальзываю с его плеча и оказываюсь над ним, когда разгибаюсь.
Ему больно…
Боже, я идиотка! Я дергалась туда-сюда, заставила его поднять себя… И кто знает, как он провел время, пока я была в руках его отца.
Он спал? Хоть немного отдыхал? Принимал лекарства?
– Не отходи от меня, – приказывает Макс и обхватывает ладонью мое бедро, придвигая ближе к себе.
Он едва говорит из-за резкой боли, но продолжает беспокоиться обо мне.
– Тебе нужно сесть, – я приближаюсь к его лицу. – В машине есть ампула?
– Сейчас пройдет…
Я отвлекаюсь на шаги. Запрокидываю голову и вижу, что его отец подошел вплотную. Мужчина обходит нас с правой стороны и смотрит как на зверюшек в зоопарке.
В этот момент Макс все же поднимается на ноги. С тяжелым выдохом, по которому я понимаю, каких нечеловеческих усилий ему это стоит. И он кладет руку на мое плечо, ища опоры.
– Упрямый, – бросает отец, в голосе которого я впервые улавливаю хоть какую-то эмоцию.
Я замечаю, что он полностью переключается на Максима. Я перестаю для него существовать, ему интересен только он.
– Вы вообще хоть раз виделись до этого? – спрашиваю.
