Уходи, уходи отсюда, вали по своим делам. Не мешай нам доделать этот дурацкий объём работы, от которого закипают мозги.
Он что-то обсуждает с Таней, а потом поворачивается ко мне и вскользь бросает:
— Алиса, перед уходом с работы зайдешь ко мне.
Я понимаю, что ничем хорошим это не закончится, но могу только пролепетать:
— Да, Александр Сергеевич.
53
Остаток дня пролетает так же хлопотно, но я всё это время как на иголках. И перед тем, как собираться домой, сижу как на иголках, понимая, что сбежать не получится.
Если не зайду, то завтра утро начнется совсем не так, как хотелось бы. Там уж скандала не избежать.
Я тихонько вздыхаю.
Таня косится на меня, даже прекращает красить губы вишневой помадой и отодвигает зеркальце.
— Алис, не хочешь идти к шефу?
— Не очень, — признаюсь я, понимая, что не стану рассказывать, почему.
— Хочешь, я с тобой пойду?
Я невольно улыбаюсь коллеге и подруге. Хочу, конечно. А ещё лучше, если пойдешь ты, а я постою в коридоре. Тебе он точно ничего не сделает, ты замужем.
Но вслух, разумеется, ничего подобного не говорю. Таня не виновата, что Грушевский распускает руки на всё, что в его вкусе. И не виновата, что Архип решил за меня заступиться. Поэтому тут разбираться только мне одной.
— Нет, — качаю головой. — Иди, Тань, тебя уже Миша ждёт.
Коллега подозрительно смотрит на меня, явно чует неладное, но не может найти подходящие слова. Поэтому быстро убирает в сумочку помаду и зеркальце, поправляет волосы и выходит из кабинета.
— Держись, в обиду себя не давай, — напутствует она перед выходом. — Если что, то звони мне. Я возьму батино охотничье ружье и примчусь.
С моих губ всё же срывается смешок. Вот молодец! Если наша Николаевна надумает уходить, то из Таньки получится прекрасная замена, боевая и деловая.
Она подмигивает и выходит. Я остаюсь одна. Некоторое время бездумно смотрю на мигающий красным огонёк монитора, медленно провожу пальцем, выключая сенсорную кнопку и со вздохом встаю.
Перед смертью не надышишься. Поэтому надо вставать и идти. Не прибьёт же он меня. Надеюсь…
Я беру сумку, проверяю, всё ли в порядке перед уходом, запираю дверь на ключ и направляюсь в кабинет начальника.
В приёмной одиноко и тихо, потому что секретарь ушла домой. И правильно, так даже к лучшему. Подхожу к внушительным дверям из тёмного дерева и стучу, а потом осторожно вхожу. Раз уж сказал, что ждёт, что нет смысла топтаться у дверей.