- А зеркало истины, пещера предков – тоже не вы?
«Клянусь, не мы! Нам до смертных и дела нет, пока храмы стоят и молитвы возносятся. Ты другое дело, должен я тебе!» - ответил Камак.
- То есть зеркало и пещера – дело рук смертных?
«Угу»
- А лабиринт?
«Вот пристала! Заслуг-то на копейку, а пытаешь так, словно по всей планете храмов мне понастроила!» - Хам!
Но вслух я сказала другое:
- Прости меня за настойчивость, но мне это правда знать нужно.
«Ладно, загляну в тот лабиринт. Но много не жди. Занят я! Занят!»
- Спасибо и на этом! – тяжко вздохнула я.
«Ты это… Ешь курицу, Нинка, пока горячая. Посуду оставь, она сама исчезнет. Бывай!» - и бог пропал.
А я… Ну ножку отломила и вгрызлась в сочное мясо, отложив бесполезный фолиант. Все равно в нем брехня одна! Вон и Камак подтвердил.
Глава 17
Глава 17
Дознаватели повелителя и представители духовенства после смерти несчастной Рионы практически поселились в Академии. Шиен Хассер ходил озабоченный и напряженный. Не то чтобы мне от него было что-то нужно, но я искренне ему сочувствовала.
Мало того, что отбор навязали, так еще и в вверенных ему стенах убийство случилось. Ши Станиш уезжал ко двору, вернулся прихрамывая и фактически не отходил от нас, сопровождая на каждое занятие и прием пищи.
Девушки, напуганные двумя ужасными происшествиями, сплотились. Границы между шиенами и ши практически стерлись, позволяя всем общаться на равных. Только Ирилла гордо фыркала и демонстративно отсаживалась подальше от тех, кто ниже ее рангом. Впрочем, ко мне она относилась вполне лояльно и даже позволяла себе давать советы.
Только их ценность виделась весьма сомнительной. Я скучала по Кайлу, волновалась за него и ждала с нетерпением. Камак тоже словно в Лету канул. На призывы не отвечал и вообще всячески игнорировал. А ведь я ради него даже спускалась в молельный зал академии.
Кстати, то еще место! Фактически это была подземная пещера, расположенная намного ниже основного здания. Конечно, вид открывался более прозаический. Ни тебе гранитных троп, ни озера лавы, но статуи богов неизвестные мастера вырезали довольно искусно.
Хотя место Камака и тут пустовало. Вместо него возвышалась резная колонна, и только полустершаяся надпись на постаменте говорила, что когда-то на этом месте стоял один из трех великих богов Ашшура.
Место было другое, а вот жреца академического молельного зала словно из одной заготовки отлили с того визгуна, что так раздражал меня на празднике. Он был тщедушен и невысок.
