— Распакуем старые заначки, — ещё раз убеждаюсь, что бывший начальник охраны лишь формально оставил пост, но сам до сих пор чувствует себя на службе, — особняк в пределах столицы законсервирован под тайные визиты, отправитесь туда, — дальше наказы Косте, — там же найдёшь запас лоринов и одежду на разные случаи. В доме есть сторож и наш агент одновременно, отдай ему это, — снимает с шеи шнурок со странной подвеской в виде капсулы, — лишних вопросов он не задаст, но обеспечит вас едой и всем необходимым. Сидите смирно до моего прибытия и носа никуда не высовывайте!
— Нам до столицы ещё как-то надо добраться, — опять я не удержалась, дело даже не в нашем странном по здешним меркам одеянии, а в том, что герцога в Обероне, да и во всём королевстве знает каждая собака, а богиню Дадиан и подавно!
— Это, как раз решаемо, — мудрец отвечает мне с уважением и на равных, — поверь, красавица, обезобразим обоих так, что не узнает никто! — внутри что-то обрывается и опускается, почему-то я ему верю…
А Костю, по-моему, вообще не напрягает, что его хотят сделать уродом, у него своя печаль,
— Тогда, джениторе меня точно не узнает!
— Это навсегда?! — что-то мне не хочется превращаться в уродину.
— Много текста, дети мои, а путь неблизкий, — осекает старец, — поворачивай-ка, сынок, на лесную тропу в северные пределы, там у меня есть агент-золотые руки. Если прибавить шагу, к ночи будем.
— Но это в противоположном направлении от Саленсы! — сомневается Костик.
— Саленса? — это ещё что такое?
— Столица Абекура, — поясняет любимый, а Джакопо, глянув на меня с сомнением, гнёт своё,
— Извините, Ваше Высочество, что не завёл агента в нужном Вам направлении, придётся пожертвовать одним днём.
Костя послушно берёт меланхоличного Орго под уздцы, и мы начинаем обходить озеро,
— Джакопо, может быть сядешь верхом? — Костик предлагает, а старик бодро отвергает,
— Вижу, считаешь меня развалиной, Берти? Лучше посади в седло свою богиню, так дело быстрее пойдёт.
Любимый легко подхватывает меня за талию, не сопротивляюсь, верхом так верхом.
Кажется, моя жизнь скоро круто поменяется, так нервничаю, что дрожат ноги, лучше уж я буду трястись сидя.
Глава 13
Вскоре спокойная озёрная гладь сменяется заболоченной заводью, поросшей чем-то вроде высокой осоки и камыша, а фруктовый сад плавно переходит в заросли широколиственного леса. Утоптанная грунтовая тропа, становится всё уже, порой совсем скрываясь в лесных травах, так и норовящих её поглотить окончательно.
