– Ему! Дочь наследует за родителями, а муж за женой.
– Натка жива, – буркнула Рита.
– Верно, – согласилась я, – но ее по вашим планам с большой долей вероятности должны были объявить сумасшедшей. Антон станет опекуном супруги. Вот почему он без страха взялся продавать колымагу тестя. Знал, Михаилу недолго жить осталось, он никогда не узнает, что зять подделал его подпись на генеральной доверенности. Может, он нашел «серого» нотариуса, не знаю, как технически решил проблему с документами на труп машины, но он явно оформил бумагу, потому что очень спокойно вел переговоры с покупателями.
Про мои расспросы о доме, подвале и местных тайнах Антон ничего старику не сообщил, не желая насторожить Груздева. Ждал, когда того убьют.
– Ну и чего тогда в обморок падать? – разозлился Зяма. – Если все понял, за фигом чувств лишаться и в больницу с сердечным приступом ехать?
– Одно дело – думать об убийстве, и совсем иное – увидеть его воочию, – вздохнула я. – Нервы у него не выдержали!
– И последний вопрос, – потер руки Макс.
– Зачем вы сняли дом под базу?
На секунду мне показалось, что муж глупо пошутил.
– Эй, ты что, не врубился? – заорал Зяма. – Уже все по сто раз объяснили.
– Слышал, – отмахнулся Макс. – Но ведь Света могла просто подменить Наташу? За каким чертом вам всем тут маячить?
Зяма вздрогнул, а Катя усмехнулась:
– Ткнул ты его в больное место. Зямке с Ритой неинтересно просто убить! Они хотели понаблюдать за стариком, насладиться мыслями: «Ходит Груздев по дому и не знает, что ему жить с комариный нос осталось».
Они планировали лично при убийстве присутствовать, полюбоваться на расправу, да Светка подвела, не доставила им полного удовольствия. Михаил был садист, но он и из Зямы с Риткой почти свое подобие сделал. Зиновий ни о чем, кроме как об убийстве, в последний год не говорил. Накупил себе дисков с фильмами про казни, тыкал пальцем в экран и кричал:
– Во! Так им надо сделать! Повесить! Нет, лучше на части разрезать!
А потом план придумал, как Груздевых убить, а самому в тени остаться.
Ладно, у Наташки крыша съехала, после того как Слава умер. Светка сестру ненавидит, ее корчит от злости, когда имя Ната слышит. Зяма офигел на почве мести. Ритка ему в рот смотрит и любой приказ дорогого-любимого исполняет. Михаил Матвеевич ее приучил мужикам повиноваться. Я по ночам не сплю. Ветер занавеску шелохнет, а у меня паника – Груздев за нами пришел. Антон способен лишь о бабле думать, он за рубль удавится.
