Мы предстали перед очами Зямы, который, увидев наши лица, все понял и заорал:
– Девки, перерыв! Полчаса! Потом снова репетиция вход-выход, – а затем накинулся на нас с явным желанием порвать на конфетти. – Неслыханно, – бесновался Зяма, – мое представление! Воды! Скорей! Много воды сюда! Море!
Желая услужить разгневавшемуся до красных чертей режиссеру, я опрометью бросилась выполнять его приказ, сносилась в душ, наполнила эмалированный таз доверху и, не расплескав по дороге ни капли, притащила десять литров воды в зал.
Зяма, сотрясавший в воздухе кулаками, замер, потом спросил почти человеческим голосом:
– Это что? Зачем?
– Ты просил воду, – ответила я, – хотел как можно больше. А в душе есть тазик.
Зиновий обхватил голову руками и простонал:
– Вокруг одни идиоты! Я просил попить! Глоточек! Маленький!
Рита, забыв о том, что режиссера не следует бесить, заржала во весь голос, а Зяма трагическим тоном произнес:
– Ненавижу баб! Шоу разваливается. Куда подевалась эта тупая мочалка?
– Зяма, Зяма, – завизжала Алиса, влетая в зал, – вот, нашла у себя под подушкой.
Постановщик выхватил у претендентки на Гран-при клочок бумаги и начал читать вслух нацарапанный на нем текст.
– «Нужно мне ваше шоу в грабу!» Рита, она так и начеркала – «в грабу»! Проверочное слово, похоже, «граб»!
Маргарита подскочила к Зяме, я подошла с другой стороны и получила возможность лицезреть послание.
«Нужно мне ваше шоу в грабу. Я все ровно самая кросивая и умноя. Уезжаю с Шатой Руставели. Он миня пазвал в Лондон, а Ленку бросил.
Всем превед. Катя».
– Обалдеть, – протянула Рита, – каким макаром этот Шота с ней договорился? Участницы повсюду строем ходят! Вместе из автобуса вышли, группой сели!
– Свинья грязь найдет, – буркнул Зяма, потом зашипел. – Офигеть! Мы потеряем двух девок.
– Почему двух? – не поняла я.
Зяма воззрился на меня.
– Идиотка, да? Сучонка свинтила с женихом Лены. Едва последняя услышит эту новость, она впадет в истерику. Надо молчать. Ни гугу до того, как завершится представление.
Господи, дай мне сил! Если мероприятие благополучно закончится, я больше никогда не соглашусь работать на конкурсе красоты. Лучше уж постановка шоу с обезьянами, кошками, блин, черепашками, но не с девками! Нет, нет и нет!
– Потом поистеришь, – остановила его Рита. – Что делать будем?
Зяма примолк. Маргарита повернулась к Алисе.
– Что хочешь за молчание?
– Первое место, – не растерялась та.
Рита вытащила телефон и набрала номер.
– Капа? У нас форс-мажор.
