– Гасни же, кому говорю!
– Пусти, пусти! – подоспел Вихрь и стал затаптывать пламя. – Всё, готово! – Сняв со стены щит с объявлением, он придавил угольки и загасил разлетевшиеся искры.
– Что за придурок роняет свитки в коридоре! – возмущалась Беда, плюясь дымом. – Посреди дороги, где кто угодно может их поджечь! Нарочно, что ли?
– Я… Я нечаянно, – пролепетал мелкий радужный, высовываясь из-за угла. – Это была моя домашняя работа.
– М-м… ясно. Хм… – Небесная сложила крылья, разглядывая дракончика, который был вдвое меньше неё и весь позеленел от переживаний.
Покосившись на Карапакса, словно в поисках совета, она пробурчала: – В другой раз мусори у себя в пещере! – Что, как хорошо знал морской, было для неё верхом вежливости.
– И-извини, – пискнул радужный.
Карапакс кашлянул, прочищая горло.
– Я уверен, что Беда тоже хочет извиниться, – заметил он осторожно. Небесная нахмурилась, глядя искоса. – За то, что случайно сожгла твою работу, над которой ты старательно трудился.
– Он приветливо кивнул дракончику.
– Ах да, само собой! – спохватилась меднокрылая, энергично кивая. – Извини, что твой свиток попал мне под лапы и сгорел… Зато тебе очень повезло, что это был не твой… например, хвост!
Радужный дракончик покрылся бледными пятнами и пугливо скрылся за дверью.
– Вот именно! – крикнула небесная вслед. – Не вздумайте раскидывать по коридору хвосты!
Морской дракончик с усмешкой переглянулся с песчаным.
– Вот она, наша Беда, – хмыкнул Карапакс. – Ужастики перед сном – её специальность.
– А что я? – фыркнула меднокрылая. – Извинилась же!"
"Морской дракончик с удовольствием вспоминал, каким он был, когда путешествовал с Бедой, хотя их роли в приключениях и не очень сочетались. Может, он и выступал её помощником, но сама Беда тоже не слишком годилась в герои. Скорее, его можно было сравнить с мудрым советником при каком-нибудь безумном пророке.
Чем-то похоже на историю из свитка, где потерянный дракончик воспитывался в стае диких косаток, а когда вернулся в племя, не умел даже говорить и то и дело впадал в ярость, буянил и кусался. С небесной Карапакс иногда чувствовал себя его братом, который один не боялся с ним общаться.
Так или иначе, с Бедой они приятельствовали, что выглядело, по правде говоря, довольно странно.
