Дворец с тёмными провалами окон был словно полон глаз, а каждое дуновение ветерка казалось затаённым дыханием множества драконов.
Неужели тут кто-то ещё живёт спустя многие сотни лет? Может, не все ночные покинули своё королевство?
Из окон никто не показывался, и ни звука не доносилось из-за его стен. Должно быть, просто игра воображения, решил Карапакс. Слишком уж страшное и тоскливое место, тут у кого угодно побегут мурашки по чешуе.
Он снова развернулся и пустился вдогонку. Сперва было непонятно, что здание на той стороне.
Три входа на разных уровнях, один засыпан каменными обломками. Пять башенок, три из которых уже обрушились. Струйка воды похожа на бывший водопад.
Мракокрад влетел в самый верхний проём и зашагал по просторному коридору, пригибаясь, чтобы не задеть рогами потрескавшийся потолок. По сторонам открывались залы со столами, разбитыми табличками для письма на полу… И рядами неуклюжих полурассыпавшихся глиняных статуэток, вылепленных, казалось, лапами драконят.
Карапакс вытаращил глаза. Неужели школа?
Что понадобилось гигантскому древнему дракону в полуразрушенной академии, да ещё посреди ночи? Забытые магические предметы могли найтись только во дворце. Ищет какие-то свои вещи? Но тогда… выходит, он здесь жил? Почему?
Морской дракончик вдруг понял, что даже не знает, в каком возрасте Мракокрад уснул вечным сном под действием чужого заклятия, и всегда представлял его значительно старше себя, примерно в возрасте королевы, чьё место он решил занять.
Чёрный великан вдруг остановился у поворота и повернулся к стене. Смахнул пыльную паутину, под которой обнаружилось какое-то изображение. Под тысячелетними слоями грязи трудно было разобрать контуры, но дракончику показалось, что это портрет. Помедлив, Мракокрад приложил к картине лапу, и грязь тут же взметнулась тёмным облаком. Зажмурившись, Карапакс зажал лапами нос, чтобы не чихнуть.
Когда дракончик открыл глаза, портрет уже сиял всеми красками, будто новый, только что законченный.
С него смотрела дракониха, сидящая со сложенными крыльями на красивом фоне из скрещённых огненных линий и падающих звёзд. Картина была выполнена неумело, с неправильными пропорциями тела – большая голова и слишком маленькие лапы. Однако глаза драконихи сразу привлекали внимание и заставляли думать, что художник к ней был неравнодушен.
Ясновидица?
Мракокрад долго смотрел на портрет, затем отвернулся и двинулся дальше.
