— Что передадите? — Младшая дочь губернатора резко перестала изображать умирающего лебедя.
— Что вы покинули этот мир в жестоких муках, с его именем на устах, и слёзно просили его в память о вас жениться на вашей сестре! Аминь?
— На Настьке?! Да она же стерва, у неё веснушки, а ещё она себе в корсет капустные кочаны подкладывает для объёма!
— То есть нет?
— Категорически! О как мне плохо… мне ещё хуже… я почти умираю…
Та молодая крестьянка, что и вправду падала в обморок, не желая подобного случайной подруге по несчастью, просто подставила крепкое плечо, помогая столбовой дворянке передвигать ножки.
Говорливая тётка попробовала переключиться исключительно на меня, обошла по бордюрчику, прыгнула мне на спину и промахнулась. Ну или… честно говоря, я сам чуточку увернулся. В общем, искупалась она по полной программе и дальше хлюпала за нами вслед, бранясь, как сельская кошка, упавшая с крыши в помойное ведро. Пару раз нас пытались остановить…
— Ба, хорунжий! Куда тебе столько, поделись с пацанами?
— К Хозяйке веду, на романтический ужин.
Есть вопросы?
— Ни-ни-ни, может, проводить?
Спасибо, сами доберёмся, молча козырнул я, и уличная банда из восьми людоедов отвалила с извинениями. Потом нашёлся ещё один…
— Господин Иловайский, я полагаю? Позвольте представиться…
— Не позволю, мы спешим.
— Но продайте же мне хоть одну из этих милых курочек, — взмолился пузатый вампир-некромант в котелке, с изящно вздёрнутыми усиками.
— Серые клеточки моего мозга говорят, что эта девица из села, вон та очень начитанна, а вот эта… страдает энурезом?
— Нет, она им наслаждается. Берёте?
— Э-э… я передумал. Позвольте откланяться…
А вот откланяться я всем желающим позволяю крайне охотно. Иногда просто предел мечтаний моих и грёз юношеских, чтоб все в этом чудном городе резво отвалили от меня во все стороны и я хоть какое-то время провёл со своей ненаглядной наедине, без всех этих упырей, вурдалаков, чертей, ведьм, бесов, магов, людоедов, оборотней и прочей общительной нечисти…
Мы остановились только тогда, когда я уже практически начал таранить железные ворота лбом.
Медные головы обалдело уставились на меня немигающими глазами:
— Илюха, это… чё за гарем?
— Это… — задумался я, жестом затыкая рты всем желающим высказаться девушкам.
