Может быть, он испугался властей? Нет, скорее дело было в Мие: она с наслаждением лизала его щёку. Это вряд ли очень приятно – ведь язык у хищных кошек шершавый, как наждачная бумага.
– И что, мне даже нельзя откусить ни кусочка? – спросила сестра.
– Нет, уходим, с него достаточно, – ответил я и сбросил одеяло.
Лёжа на земле, чтобы мужчина меня не видел, я превратился обратно в пуму, а потом пометил автомобиль мощной струёй мочи. Поступок был чисто символическим. Я не хотел забирать машину себе – мне эта жестянка ни к чему.
"
"Огромными прыжками мы с Мией умчались в лес. На четырёх лапах бежать гораздо быстрее – ведь нам предстоит ещё долгий путь к родителям, которых пару лет назад волчья стая прогнала с их территории в Йеллоустоне.
Отбежав на безопасное расстояние, мы сбавили ход.
– Ты научился таким классным вещам в своей школе, – сказал Мия, лизнув меня в мохнатое плечо. – Этот охотник, когда разговаривал с тобой, даже не заметил, что ты не человек.
– Верно, – ответил я, шутливо толкнул её и легонько куснул за ухо.
– Тебе понравится у нас в школе: уроки там интересные, и большинство учеников отличные ребята. И если ты днём не пропускаешь занятий, можешь ночью гулять на свободе сколько хочешь. Так опуменно, что с осени мы будем учиться вместе!
Вообще-то Мия собиралась жить в обличье пумы, как и наши родители, но её очень заинтересовала моя школа, когда она увидела, как мне там нравится. И недавно она решила, что после каникул тоже рискнёт поучиться.
– Тогда ты наконец получше познакомишься с Тикаани, – продолжил я, и моё сердце снова наполнилось тоской по этой совершенно особенной арктической волчице.
– А она твоя подружка по-настоящему? – спросила Мия, взглянув на меня с любопытством.
– Да, мы уже даже целовались, – признался я, и моя сестра удивлённо распахнула глаза.
Когда же я снова увижу Тикаани? Очень надеюсь, что ещё в каникулы! Мне, конечно, очень хорошо с сестрой, но я ужасно скучаю по своей подруге.
– Ну, тогда я непременно должна познакомиться с ней получше. Будет классно учиться в школе «Кристалл» всем вместе, – сказала Мия, преодолевая вместе со мной вершину холма. – Если мама с папой, конечно, разрешат.
Я замер, словно почуяв опасность:
– В каком смысле? Я думал, ты с ними уже поговорила!
– Поговорила. Но в последний раз они сказали, что есть ещё одно важное условие, – Мия тоже остановилась.
– Что ещё за условие? – разволновался я.
