Пару тройку секунд пережидаю приступ тяжелого головокружения, а потом ползу буквально по стеночке в ванную комнату.
Время от времени я притормаживаю, чтобы убедиться, что Бессонов занят своими делами на моей кухне.
Кажется, вполне благополучно добираюсь до цели и почти преодолеваю препятствие в виде небольшого порога. Почти… Коленки предают, и я лечу носом вперёд. Успеваю подумать, что шишкой на лбу совсем не обойдусь, когда вдруг оказываюсь повисшей в воздухе, схваченная за шиворот пижамной майки; а потом и вовсе – на руках у бывшего мужа.
– Иди-ка сюда…
Попытка сопротивления с моей стороны, видимо, не заслуживает ни одного напряжённого мускула на его крепких руках, будто её и нет вовсе.
Бессонов усаживает меня на широкую интегрированную раковину, а сам подходит к ванне, включает воду и регулирует её температуру.
Моё тело покрыто испариной, обжигающе-горячее внутри и просто ледяное снаружи. Нет, я не прячу ладони подмышками – я их просто таким образом грею.
– Почему ты заботишься обо мне?
Он смотрит на меня, но лишь мгновение – тёмные глаза непроницаемы – но и этого ему вполне хватает, чтобы просверлить взглядом дыру на уровне моего лба.
– А ты не понимаешь?
– Не совсем…
Вместо ответа улыбка тянет уголки его красивых губ чуть вверх. Это всё. Он опять отворачивается, чтобы проверить температуру воды и отсортировать гель для тела от шампуня.
– Смотрел я как-то передачу о рыбине, которая в случае опасности раздувается, образуя колючий шар.
– Рыба Фугу.
– Да. Так вот, смотрю на тебя и задаюсь вопросом – ты боишься меня?
Задумываюсь. Прислушиваюсь к себе, собственным мыслям и чувствам.
– Нет.
– Тогда сдуйся и снова иди сюда, – Бессонов без лишних слов закатывает рукава своей рубашки, расстёгивает две верхних пуговицы, затем легко подхватывает меня и осторожно опускает в тёплую воду. Как есть: в пижамных шортах и майке.
Я тут же подтягиваю колени к груди и вся сжимаюсь в комок."
"Он выдавливает порцию ароматного геля на ладонь, растирает до пены и мягко прикасается к моим плечам.
Массирует их. Спускается к лопаткам. Водит по коже без интимного подтекста.
– Выдыхай, Поля. Дальше водных процедур у нас не зайдёт.
Всё, что сейчас происходит как-то по-особенному действует на мои нервы, словно нарочно касаясь самых чувствительных мест.
Глава 18.3
Бессонов скользит своими мыльными руками вдоль моего позвоночника. Медленно, очень медленно.
