К тому же им было привычно произносить пусть и невразумительные, но давно заученные священные тексты. И старые книги для них были также привычными, им не хотелось участвовать в их переработке и обновлении. Это требовало знаний, усилий.
Но главное, с чем столкнулись церковные реформаторы, оказалось сопротивление самих прихожан. Объяснялось это весьма просто. По этим книгам велись службы десятилетиями, если не веками. Старые лики икон срослись с жизнью верующих: ежедневно они приходили в церкви, видели их, молились им.
Эти «намоленные», ставшие святыми для них иконы были частью их веры, их жизни. Такое же значение имели для них и книги. И вдруг оказалось, что все это у них, простых людей, отнимают, переделывают. Многие верующие начинают прятать книги, скрывать в подполе и на чердаках иконы. Больше того, их стали заставлять креститься тремя перстами, между тем как столетиями их отцы и деды знали лишь двоеперстное крещение. Все эти перемены потрясли верующих до глубины души. Казалось, происходит страшное: кто-то подменяет их вековую старую религию.
Несогласные объявили себя приверженцами старой веры, или староверами. Так начался раскол в русской церкви, раскол в обществе. Он имел большое значение в жизни страны, порой принимал формы отчаянной и даже вооруженной борьбы. Среди староверов оказались люди самых различных социальных слоев. Были там и бояре (например, знаменитая боярыня Морозова), и купцы. Но в основном к староверам относились крестьяне, посадские люди.
Против таких методов реформирования церкви выступили прежние союзники Никона — «ревнители истинного благочестия», в том числе неистовый протопоп Аввакум.
В своих страстных проповедях он стал обличать Никона за богоотступничество, насилие над людьми. В ответ Никон отправил Аввакума и других ревнителей в ссылку. В глазах староверов они обрели облик мучеников.
Царь поначалу занимал в этих спорах нейтральную позицию, полагая, что обновление церкви, совершенствование её нравственности для устраивающегося государства совершенно необходимо.
Но деятельность Никона стала выходить за рамки чисто церковных дел. Пользуясь расположением царя, он сосредоточил в своих руках огромную власть. Когда Алексей Михайлович выезжал к действующим войскам на польскую границу, в Москве во главе правительства он оставлял патриарха. Никон стал активно вмешиваться в сферу управления страной, а вскоре начал обличать действия властей, направленные на ограничение прав церковного землевладения.
