Теперь это была самая крупная, богатая, хорошо организованная православная церковь в Евразии.
Большую помощь церковь оказала великокняжескому престолу в борьбе с католической агрессией Запада и освобождении Руси от власти Орды. Митрополит Геронтий активно побуждал заколебавшегося в 1480 г. Ивана III к решительной борьбе с нашествием Ахмата.
Однако по мере укрепления центральной власти позиция церкви становилась слабее. Великие князья Иван III и Василий III не могли согласиться с существованием государства в государстве.
А церковь с её огромным религиозным влиянием, земельными богатствами, многочисленными льготами стала порой соперничать с великокняжеской властью. Началось сокращение налоговых и судебных льгот церкви. Великие князья стали ограничивать церковь в дальнейшем расширении земельных владений.
Но церковь в XV — первой половине XVI в. по-прежнему оставалась мощной религиозной и нравственной силой, одним из богатейших землевладельцев на Руси. Монастыри, другие церковные организации были средоточием больших культурных ценностей.
Здесь создавались летописи, рождались живописные шедевры, действовали школы. И великокняжеская власть не могла не учитывать все эти моменты."
"Наконец, церковь обрушилась на возникшие в XV — начале XVI в. ереси, которые подрывали не только существовавшие церковные порядки, но и устои самого государства. Ереси (от греч. ересис — особое вероучение) — это отступление от официального церковного учения, церковных догм и поклонения церковным святыням — иконам, мощам святых и т.
п. Ереси выступали против церкви, а поскольку она поддерживала государство, обосновывала божественное происхождение верховной власти, власти великих московских князей, то борьба против церковных устоев равнялась борьбе против государственных интересов.
На Русь волна еретичества докатилась во второй половине XIV — начале XV в., и не случайно первые её ростки проклюнулись в Новгороде и Пскове — крупных торговых городах, тесно связанных с западными странами.
Еретики (их называли стригольниками из-за того, что в их числе были расстриженные духовные лица, т. е. лишенные духовного сана) обличали церковников, в том числе монастырскую братию, за жадность, мздоимство, погоню за «имением» и говорили, что такие люди не могут учить людей вере. Они отрицали такие религиозные догмы, как вечное существование души, вера в загробную жизнь и одновременно выступали против церковного землевладения, угнетения одних людей другими.
