Сколько же этой бедняжке пришлось выдержать? Её часто били, зная, что та не посмеет никому рассказать. Насмехались и унижали, выгоняя ночевать на улицу в холодное время суток, а затем оставляли в одиночестве, наплевав, что у Дэмии жар.
Она сама себе готовила лекарства.
Неподалеку с её домом имелся сарайчик с ненужной садовой утварью, доживающей свой век. В нём девушка и хранила травы, которые собирала по ночам, на свой страх и риск выбираясь в лес, что граничил с поместьем министра финансов.
Только благодаря её вылазкам и познаниям в медицине Дэмии и её маме удавалось выживать, ведь просить жаропонижающий и противовоспалительный отвары у кого-то из поместья было бесполезно.
Госпожа и старшая госпожа только и ждали момента, когда Дэмии и её матери не станет.
Время будто замедлило свой бег. Я столько всего узнала, что, казалось, прошло несколько часов.
– Завтра Саяна отправится во дворец, чтобы стать компаньонкой принцессы. Она так долго об этом мечтала, – всхлипывала Дэмия. – Все знают, что у министра две дочери.
Несмотря на то, что я родилась от наложницы, вне брака, меня всё равно приняли в семью, чего нельзя сказать о моей маме. Я официально считаюсь младшей госпожой, хотя это ничего мне не дает. Императорский двор разослал письма самым знатным и уважаемым домам, оповещая о том, что их дочерям выпала великая честь – войти в состав свиты её высочества…
– То есть, – уточнила я, – они не написали точно имя приглашенной девушки? Я права?
– Да, – кивнула Дэмия.
В голове сразу появилась шальная мысль, а на губах растянулась коварная улыбка, не предвещающая для страшной госпожи ничего хорошего.
– Просто мачеха и отец мою кандидатуру даже не рассматривали…
– А что будет, – спросила я, не в силах перестать улыбаться, – если эта великосветская дрянь не сможет поехать?
– Не знаю, – с губ Дэмии слетел тяжкий вздох, – что должно случиться, чтобы она не поехала. Но, если это произойдёт, её место займёшь… – девушка на мгновение замолчала, широко распахнув глаза.
До неё дошло.
– Ты! Её место займёшь ты!
– Именно, – я щелкнула пальцами, чувствуя себя злодейкой.
– Мои познания в этикете, конечно, оставляют желать лучшего, но я не настолько безнадёжна. К кому как обращаться мне известно. В реверансе приседать умею. Что там ещё требуется?
– Рисовать…
– Пф! Легко! Я параллельно со школой ходила в художку!
– Вышивать…
– И это не такая уж невыполнимая задача! Меня бабуля учила, когда была жива!
– Танцевать…
– Вальс на все времена! – отмахнулась я.
