– Ну так и требовал бы сына от неё же, а не от твоей мамы! – рыкнула я, испытывая разрастающееся негодование.
– Роды были сложными… Она не может больше иметь детей. Поэтому министр и взял себе наложницу, в надежде заполучить желанного сына. Мама рассказывала, что она потом ещё несколько раз беременела, но каждый плод не достигал двухмесячного срока, погибая.
– Прям так и погибая?! Уверена, это всё происходило не без причины!
– Так и есть, – кивнула Дэмия. – Госпожа Морано делала всё, чтобы не позволить маме снова родить.
Я смотрела на девушку, что стояла передо мной, и испытывала к ней жалость. Сколько она вынесла боли в том доме? А потом меня словно осенило:
– Так! Погоди! – я выставила вертикально распахнутую ладонь. – Ты… Ты мне сейчас рассказываешь про свою семью…
Сердце забилось чаще. В воспоминаниях побежали картинки, где я встретилась со страшной госпожой, которую величают старшей, где служанка, что хлестнула меня прутом, шипела про якобы мою маму, которая запятнала честь благородной семьи Морано…
На моих губах появилась нервная улыбка, а дыхание участилось.
– Это какая-то шутка? – спросила я, уже вообще ничего не понимая. – Я видела твою старшую сестру. Совсем недавно.
– Кудрявая любительница нелепых шляпок, – вздохнула Дэмия.
– Именно так, – подтвердила я, испытывая небывалых размеров волнение.
Ветер, что совсем недавно играл с моими волосами, больше не приносил успокоение.
– Когда служанки утопили меня в пруду, – заговорила Дэмия, поражая сказанным до глубины души, ведь именно на берегу пруда я как раз и очнулась, – моей душе предоставили выбор: отправиться на перерождение или… в небытие.
Ох, как мне не нравился этот разговор.
– Я выбрала второе, – Дэмия отвела взгляд, в котором читалась уже знакомая вина.
– Что ты сделала? – спросила я прямо, ощущая, как меня начинает потряхивать. – За что же в небытие? Уверена, ты достаточно настрадалась при жизни!
– Вот именно поэтому я и осмелилась на этот шаг! – девушка решительно сократила между нами расстояние, глядя мне в глаза.
– Они столько лет издевались над моей мамой! Все, кому не лень! – по её щекам потекли слёзы. – Столько лет унижали её! Били! Морили голодом! Никто не пришёл ей на помощь! Для отца она стала безликой, пустым местом! Он закрывал глаза на всё, что они творили с моим единственным родным человеком!
– Дэмия… – ахнула я.
Желая успокоить девушку, я протянула руки и коснулась её ледяных ладоней, на секунду пугаясь столь странной температуры тела.
