– Понимаю, это очень сложно признать правдой, – с моих губ сорвался тяжкий вздох. – Но это так. Моё имя Эми, и я в вашем мире совсем недавно. Меня убила мачеха. Подставила всё так, будто это несчастный случай. Я очень любила заниматься дайвингом…
– Дайвингом? – ахнула Амая, поглядывая на тётушку с тревогой.
– Это подводное плавание со специальным снаряжением, благодаря которому можно не подниматься на поверхность, чтобы дышать, – кивнула я. – Я заплыла в подводную пещеру, исследуя её, и умерла от нехватки кислорода.
Мачеха постаралась, испортив моё снаряжение с кислородными баллонами…
На лицах Амаи и придворной дамы читался неописуемый шок. Понимала, для них это слишком, но остановиться уже не могла. Раз решила, значит, нужно идти до конца.
– Сама сильно удивилась, когда очнулась на берегу пруда… вот в этом теле… – руки дрожали от бессилия, но я всё же смогла приподнять их. – Дэмию Морано утопили служанки. Она, как и я, утопленница.
– Ты… погоди… – часто задышала Амая, осторожно приподнимаясь и медленно отходя к тётушке, что была белее мела.
"
"– Я должна была рассказать вам об этом раньше, – мой голос был тихим, а в душе от взгляда принцессы начинала появляться пустота, – но я всё никак не могла набраться смелости.
«Она не примет меня после сказанного… Оттолкнет… Но и лгать ей я больше не могу!»
Широко распахнутые глаза дочери императора, что схватила полубоморочную тётушку за руку, рвали моё измученное сердце в клочья.
– Понимаю, – я виновато склонила голову, – мне теперь нет доверия, но, если позволите, я скажу: моя ложь заключалась только в этом.
Всё, что я рассказывала о матушке Дэмии, о той боли, которую она испытывала после её ухода на тот свет, была искренней, потому что… потому что я тоже лишилась мамы несколько лет назад. Эти страдания, от потери близкого человека, не наиграны. Они реальны.
Хозяйка покоев, в которых я находилась, стояла в стороне вместе с придворной дамой, не произнося ни слова, а вот я наоборот не могла замолчать.
Меня будто прорвало. Хотелось поведать обо всём. Кто знает, скорее всего, это в последний раз, когда у меня будет такая возможность поговорить с дочерью императора, что стала мне дорога, словно подруга. Нет. Не подруга. Сестра!
– Моя семья была идеальной, – меня несло всё дальше, а по щекам побежали непрошеные слёзы гнева, тоски и горечи, – пока в нашей жизни не появилась эта тварь. Мачеха! – рыкнула я, гладя на свои переплетёные от напряжения пальцы.
